— Я как чувствовал, — улыбнулся я.
Мы прикончили еду, ещё немного поболтали, а затем нам выделили двух провожатых.
— Я мяуронка Ликана, — представилась монашка. В отличие от Руаны, у который имелись только ушки и хвостик, эта была просто прямоходящей антропоморфной рыжей кошкой. Впрочем, всё равно довольно милой. — А это Витор.
Второй монах был человек лет тридцати пяти. Абсолютно лысый и с седой бородой. Я чувствовал с ним некое родство, причину которого не мог понять. Потому постоянно разглядывал его, пытаясь найти какую-то зацепку.
Мы неспешно пошли по территории. Карма взяла меня под локоток и чуть замедлила шаг, позволяя остальным уйти вперёд.
— Что с ним не так?
— Я не знаю, — сказал я. — Что так заметно, что пялюсь?
— Нет. Просто я внимательная.
Мы догнали остальных.
— Тут у нас склад, — вещала Ликана. — Там тренировочный двор.
— Большой, — заметил я.
— Да. Сейчас кажется избыточным. Когда-то его не хватало, — добавил Витор.
— Там жилые помещения. Можем зайти.
Мы прошли в здание, опоясывающее тренировочную площадку. Интересно было исполнено. Один сплошной коридор в форме периметра прямоугольника. По бокам комнаты и четыре выхода в середине каждой из сторон фигуры.
— Под площадкой есть ещё Зал Постижения, — сказала Ликана. — Вам обязательно нужно его посетить. Кастор — мастер начертатель.
— Что это значит? — навострил я уши.
— Ох. Всегда забываю, что к нам часто приходят те, кто совсем недавно ступил на Путь. Кастор может сделать свиток имеющихся у вас умений. Правда, лишь раз с одним умением.
— Не совсем понял? — сощурился я.
— У тебя, например, пять даров Пути, — терпеливо начала пояснять Ликана. — Кастор может сделать всего пять свитков. Они пойдут в наш банк умений. Один дар — один свиток. Ограничения профессии. Возможно, есть более искусные мастера, но мы и такому рады. Если захотите, ваши умения он тоже может переписать, разумеется, за достойную плату. Обычно меняют на случайный свиток умений, но у нас есть и снаряжение или банальные КотКоины.
Король кивнул.
— Я только за, — сказала Тара.
— Было бы отлично, — поддержала её Карма.
— Я подумаю, — изрёк я, вызвав лёгкое подпрыгивание бровей.
Мы прошли в подземный зал. Большие квадратные плиты пола. Колонны, расписанные рисунками. Освещение поддерживалось магическими светильниками. По бокам стояли стеллажи со свитками умений.
Также имелись закутки, небольшие комнатки, стены которых пестрили какими-то посланиями на неизвестных языках или чем-то похожим на рисование буквами. Древние символы напоминали забытый язык Пути, сплетались, и, если подключить воображение как при разглядывании созвездий или облаков, можно было разглядеть какое-то изображение.
Девушки и король остались у первого стеллажа, я же с Витором пошел дальше.
— А что это за изображения? — спросил я, сопровождающий сбился с шага, а Ликана так резко обернулась, что я услышал. — Что-то не так? — спросил я.
— Ты не должен видеть их, — озадаченно проговорил монах.
— Так, а вы девушки, — обратилась к ним Ликана. — Подойдите-ка сюда, — она подвела их в первый закуток. — Что видите?
— Закорючки какие-то, — пожала плечами Тара.
— Ну письмена, руны или иероглифы, что это, непонятно. Простыня целая.
— Вечноцарствиус, — перевела взгляд рыжая кошка.
— Даже мой царственный взор видит лишь буквы. Хотя значение вот этого символа мне известно. — Он ткнул в закорючку, похожую на две перевернутых семёрки. — Это означает «идущий».
Я тут же записал это себе в память.
— А ты что видишь? — спросил Витор.
Я повернулся к стене, краем глаза отметив, как оба жителя монастыря пристально вглядываются в моё лицо. Я начал всматриваться в письмена, символы стали немного плыть, размываться и даже покачиваться, как на волнах, потом появилось свечение, и будто изображение приблизилось, но это было не так. Добавились какие-то… ментальные или астральные звуки, похожие на свист ветра и хор далёких голосов. Я понимал, что это слышу только я.
На секунду, лишь на миг, начало проступать изображение. Сейчас должно было что-то случиться! Я почти ощутил соприкосновение с какой-то новой силой, но Витор одёрнул меня, резко повернув к себе. И всё прекратилось.
— Что ты видел? — смотрел он мне в глаза, держа за плечи.
— Голова человека в профиль, большего разглядеть не успел, ты одёрнул.
Монахи переглянулись.
— Это невозможно, — сказал Витор.