— Искал объездной какой-то путь, но всё перекрыто.
— Лорд Мор, карта при вас? — спросил я.
Он развернул свой экземпляр.
— Ближайший портал вот тут, — ткнул я. — Тогда не будем строить из себя шпионов. Рванём напрямик.
— Вот здесь и вот здесь застава, — показал Барт.
— По этой дороге два разъезда куролесят, — дополнила Руана. — Навстречу друг другу.
— Погром, готовь рогатку, придётся пустить её в ход. Вперёд, господа. За свободу алури!
Мёртвые кони не уставали, и это был огромный плюс. Отряд выскочил на тракт прямо на патруль, который, заслышав топот копыт, опрометчиво остановился. Двое всадников испугались. Замерли на пару секунд. Один развернул своего скакуна и припустил за подмогой. Болт Руаны выбил его из седла прямо под ноги лошади, и та запнулась и свалилась.
Другой ниэллорец, оголив меч, нёсся на нас. Первый болт отскочил от нагрудника. Второй арбалетчица снарядила с плоским наконечником. Опрокидывающий снаряд просто вышвырнул всадника из седла, и мы всей честной компанией проехались по нему, втаптывая в землю.
Я приказал пересадить детей сзади седла. Кафьян говорил правду про алури, они хоть и кажутся беспомощными, держались в седле так, что не было сомнений, нас выбьют, они останутся.
Свернули на узкую дорогу, которая была перекрыта отрядом воинов. Мы неслись на полной скорости. Командир вышел вперёд, выставил руку и просил остановиться. Но чем ближе мы были, тем сильнее менялось выражение лица десятника. Он разглядел коней, растерянно обернулся на своих солдат, которые тоже встали, раскрыв рты.
— К бою! — всё же вскрикнул он.
Лучники открыли огонь. Хорошо, что мы детей за спину посадили. Барти закрылся щитом. Один из мертвецов бросил мне свою защиту. Две стрелы со звоном отлетели от щита, а одну я прям отбил им в сторону.
В груди коня уже торчала две стрелы, но он и так дохлый. Копейщики пытались встать в шеренгу, вонзив в землю копья и подперев их ногой. Но разрывной болт влетел в центр дороги, разметав и без того кривое построение.
Барти вырвался вперёд и саданул кинетикой, разбрасывая солдат с центра дороги.
— Готовь рогатку, — скомандовал я.
— Уже! — отозвался Погром.
Я оголил меч и срубил древко направленного в меня копья, следующим взмахом снёс голову десятнику. Услышал, как выстрелила рогатка, и обернулся. Склянка попала прямо в лучника, который метил мне в спину, стрелок вспыхнул и бросился к придорожной канаве.
— Детей вперёд! — заорал я и перекинул Погрома перед собой.
Тут же в спину вонзилась стрела. Я зарычал от боли. Пробила доспех, но вошла совсем не глубоко. Каждый шаг лошади теперь отзывался болью.
— Погром, а ты сильный малый?
— Сильный, — отозвался парень, пытаясь высмотреть, что там сзади.
Мы уже достаточно отдалились, так что можно пустить его за спину.
— Выдерни там такую штуку острую у меня из спины. Доспех сначала не позволит, так что дёргай хорошенько. Иначе эта боль меня доконает.
Малец перелез назад и ухватился за древко. Дёрнул, вырвав из раны, но не смог вынуть из доспеха.
— Выкручивай назад, — сквозь зубы процедил я. Он стал вытягивать, а у меня поводья из левой руки выпали. Я уцепился правой за седло и еле сдержался, чтобы не завалиться вперёд.
Пацан всё же вырвал стрелу и выбросил.
— Склянка на поясе, — дрожащим голосом проговорил я. — Залей там всё.
Он отцепил флакон и залил в дырку, а потом дал мне хлебнуть зелье здоровья. Вскоре полегчало.
Мы свернули на поле. До руин с портальной площадкой оставалось совсем немного, но, видимо, другой патруль с тракта всё же доложил о нас. С двух сторон наперерез нам скакали два отряда, и один из них возглавлял сам Корин, а второй капитан Хатсон.
Глава 28
Я бросил взгляд на руины. Там попросту лежала башня. В ней не укрыться для боя в узком пространстве, чтобы нивелировать численное превосходство врага.
— Лорд Мар, направьте гвардейцев налево. Через два отряда нам не прорваться.
— Вы слышали? — возопил Роб. — В последний бой, истинные мужи Ниэллории!
Десяток гвардов сменил курс и свернул, сам Роберт остался с нами.
— Проскочим ли? — взволнованно спросил Кафьян.
Пятнадцать всадников неслись нам наперерез.
— А у нас выбора нет! — зло процедил я, уже смотрел на Корина будто сквозь прицел. — Стрельба из седла у вас не в части, да? — усмехнулся я. Никто не пытался в нас стрелять.
Я материализовал лук, Руана арбалет, и мы стали палить в противника. Конечно, верхом было неудобно, но всё же удавалось целиться с горем пополам.