— Понял, — серьёзно кивнул пацан, доставая очередной бутылёк и рогатку.
Все пригнулись, мы входили на дистанцию, когда можно было что-то разглядеть и заподозрить неладное.
Корабль слева готовился к воздушному плаванью, команда только-только поменяла парус, расправила его, отчего корабль забился в швартовочном месте будто зверь в клетке.
Руана прыгнула раскинув руки и ноги. Вонзила когти в парус и, разрезая его, начала медленно спускаться под удивлённую брань гномов. Барти сиганул с другого борта на другое судно, повис на вантах и начал быстро слезать.
Гномы внизу ещё не поняли, что произошло и разглядывали парня.
— Ниэллорец, что ли?
И тут он прыгнул на палубу, и от него разошлась волна кинетической энергии, раскидывая всех.
Я прыгнул следом. Уцепился за канатную лестницу. Кабина замерла, Кафьян выжал стопор. Руана перемахнула на это же судно, и снизу завязался бой.
Я приземлился на голову лысого гнома. Едва оголил меч, как из каюты выскочил разъярённый капитан.
— Что здесь происходи⁈
— Атака ниэллорцев! — крикнули ему.
Я рванул к борту. Мне преградил путь юный гном с коротенькой бородой. Я вспомнил навыки КП и влетел в него так, что он перемахнул через борт и улетел в бездну.
Я начал рубить швартовые.
— Остановите его! — заорал капитан, но тут Барт опять использовал свою фирменную абилку, и крикуна швырнуло обратно в каюту.
Я перескочил на пристань. Попытался поднять сходни, которые крепко вонзились в настил острыми зубами. Ничего не вышло. Увидел приставленный к стене специальный лом. Подцепил, крякнув всё же вырвал сходни и сбросил.
Корабль стал медленно дрейфовать в сторону. Я только собирался перескочить, когда с палубы в меня влетел гном, мы прокатились по настилу.
Я бросил панический взгляд, судно отдалялось. Дети в кабинке.
Я вскочил. Чернобородый гном с топором оскалился, он сделал обманку на удар, а сам крутанулся и сбил мне рукоять оружия под дых.
Ох!
Тут же обухом прилетело по шлему. Острие зацепило на ногу, и я грохнулся. Лягнул двумя ногами гнома, отталкивая ему. Выставив меч, поднялся. Корабль отходил всё дальше.
Да что б вас!
— Клятвопреступники! — выругался я. — Алари хотели восстановить ваши миры. А вы! — я ринулся на гнома, и он неожиданно отступил в сторону, я провалился с ударом, и чуть не улетел в пропасть, но противник поймал меня за пояс и дёрнул назад.
— Род Амуила никогда не предавал алари. Пусть от рода и осталось два человека, — сказал гном. — Беги, парень. Вон на столбе страховочная кошка. Она тебе поможет.
Я схватил кошку, раскрутил и метнул, уцепился тройником за борт. Обмотал вокруг столба свободный конец и завязал узел. Корабль вымотал слабину, канат опасливо натянулся, и судно потащило назад.
Я разбежался и перескочил на борт. Вся команда корабля уже была перебита. Кафьян был на палубе, так как ребята вдвоём не справлялись. Я обрубил швартовый.
Гном помахал нам топором. Его окружила охрана порта.
Дети уже спускались по канатам на мачте.
— Алари! — заорал кто-то с берега.
— Алари?
— Быть не может?
— Убейте их!
— За алари! — крикнул достойный сын Амуила и, ухватив за бороду стражника, выбросил его с пристани в пустоту бесконечного падения.
В порту вспыхнуло побоище. За алари была лишь горстка воинов, но зато каких.
Я подошёл к рычагам управления. Кнопки были помечены, так что всё оказалось интуитивно понятно. Кафьян нажал кнопку, и боковые крылья расправились.
— Надо расправить парус, — сказал старик. — Он уже поднят, так что только этого и ждёт.
Руана быстро прямо по мачте будто кошка на дерево заскочила на самый верх и рубанула по крепежу. Парус раскатался до низу, и тут мы уже действовали только по указке старика, ведь никто ничего не знал.
Кое-как закрепили парус, только Кафьян потом перевязывал узлы.
Я сверился с картой. Взялся за штурвал. Деревянные рукоятки легли в руки, словно всю жизнь только тут и стоял. Я развернул судно на курс. Хотелось залезть в трюм и разобраться, как это всё работает, но времени не было. Наверняка шестерни и противовесы. Это ведь гномы, мастера изобретать всякое.
— Погоня! — заорал откуда-то сверху Погром. Я задрал голову, он указывал пальцем назад, сидя в вороньем гнезде.
— А ну спускайся! — шикнул я на него.
Развернулся посмотреть, на что он указывал.
Да сколько можно-то?
Сил на очередную схватку, откровенно говоря, не было. Я измотался. Столько битв уже минуло.