— Значит, наша миссия не первая успешная, — констатировал я.
— Да. Только вот предыдущие не выполнили главную цель. Не дали шанса алари на возрождение. Но теперь… теперь всё поменяется, — она с любовью посмотрела на детей.
Кафьян вдруг с выдохом опёрся на секиру, а потом рухнул без сознания.
— Что с ним? — спросил Барти, на всякий случай доставая зелье лечения.
Я расстегнул камзол старика и кафтан под ним. Всё тело было похоже на один большой синяк. Вот ведь боевой дед, и виду не подал.
— Ты не умрёшь, зайдя так далеко! — приказным тоном заявила Галада. Аж побледнела от волнения, бедная.
Снизу уже поднималась целая делегация, готовая ко всему, и к битве и к эвакуации раненных. Они положили старика на носилки и унесли.
— Пусть все удалятся, — попросил я Галаду. — Нам нужно попрощаться с детьми.
И когда требуемое было выполнено, Зефирка хитро на меня посмотрела и сказала:
— У тебя есть буквально пять минут на то, что ты задумал, пока не явились старейшины.
У меня остался последний стихийный свиток. Свиток земли. Я сломал печать и навёл заклятие на портальный круг. Плиту вывернуло из земли почти беззвучно.
— Барти, долбани-ка по ней со всей силы.
Четверо детей коснулись его ног, и парень саданул по плите кинетикой, отправляя её с обрыва. Она ударилась о скалы и разлетелась на множество осколков, часть из них буйный ручей разнесёт по всей долине.
Я заглянул в яму от плиты. Там имелся небольшой светящийся силовой камень, поросший кристаллами.
— Его ты уничтожить не сможешь, — предупредила Зефирка.
— Но я смогу его сломать, — прыгнул в яму Погром. Он схватил камень, и тот сразу потух. Парень зарядил его в рогатку и выстрелил в ближайший булыжник и тот разлетелся будто стеклянный.
— Ну вот и факультатив выполнили, — улыбнулся я.
— От всех алари я бы хотела отблагодарить вас, — сказала Зефирка, в голосе её стало меньше детскости и больше какой-то пророческой стати. — Руана, то, ради чего ты ступила на тропу, отныне дано тебе в твоём мире. Больше не будет безумной гонки за тем самым умением. Теперь ты снова можешь стать частью великого прайда. Найди новый смысл приходить сюда по ночам.
Кожа Руаны покрылась мурашками, и даже волоски на кошачьих ушах приподнялись. Глаза её заблестели. Она обняла всех четверых детей, потом меня и Барти, хотела сказать что-то ещё, но не смогла. Расплакалась, и её выбило в путевую комнату.
Надо будет потом спросить, что же там такое сокровенное было. Думаю, кошка поделится.
— Барти, — продолжила Зефирка. — Я бы помогла тебе достичь твоих целей здесь, исполнить твою мечту, но ирония в том, что без нашей помощи ты справишься даже быстрее. Так что не сомневайся, действуй.
Барти благодарно склонил голову перед алари. Положил мне руку на плечо и сказал:
— До встречи, Эхо. И спасибо тебе за доверие, друг.
— И тебе спасибо за помощь.
Он тоже исчез.
Я хитро прищурился и посмотрел на алари.
— Ты ведь ему соврала.
— Почему же. Я вселила ему уверенность. Ему не хватало только её, — очень по-взрослому улыбнулась девочка.
— А что же насчёт меня? Даже интересно стало.
— Андрей Богданов… За всё что ты сделал, тебе положена самая великая награда.
Погром шагнул вперёд и вынул из-за спины котелок.
— С корабля стащил, — оскалился парень.
А я захохотал, принимая ценный подарок.
— Спасибо, ребят!
— А если серьёзно, — сказала Зефирка. — Сейчас мы тебе бесполезны. Но наступит час, когда мы понадобимся на одном из испытаний, а быть может даже в твоём мире. Призови нас, и Путь приведёт. Четыре алари в должниках, это на четыре больше, чем когда-либо было у кого-нибудь из смертных.
Я присел. Обнял Зефирку.
— Не теряй эту детскую мудрость, когда повзрослеешь, — сказал я.
Пожал руку Тасьяну. Потрепал по волосам Мику. Погром крепок пожал мне руку.
— Было весело, — улыбнулся он. — Нескоро у меня будет ещё такое приключение.
— Приглядывай тут за остальными.
— Обязательно.
Я услышал, как шест бьётся о камни. Кажется, идут старейшины.
— А где портальная плита⁈ — закричал один из них.
— Кажется, мне пора, — сказала я, и дети расхохотались.
Я пожелал очутиться в путевой комнате и меня перенесло.
И снова я завис в межмирье.