Я нехотя пересказал им.
— Всё. Тишина. Идём вперёд. Держитесь вместе. Мэй, держи банку и ткань, если что, накроешь. А у меня вот какая штука, — я показал светозар. — Снял с тела гоблина.
Этот проход был куда лучше. Воздух гулял по тоннелю, это давало надежду, что он сквозной. Мы меняли по кругу порядок движения. Замыкающий всегда должен был оборачиваться.
Удивительно, но помимо огромных скальных крыс и трупов, нам больше никто не встретился. Мы вышли в широкую горную долину по форме напоминающую чашу. Чуть левее расположилось горное озеро, край которого был обрывом. Во время сильных дождей оно полнится и сбрасывает излишки со склона.
— Какая красота, — восхищенно выдала Бета.
— Привал? — уточнил Тай.
Я кивнул.
— Интересно, здесь водится рыба? — говорил он себе под нос. — Можно сделать сочок из проволоки, палки и носка, или чулка, и ловить мальков. А потом развести костёр и пожарить их прямо камнях. Или на веточке. А ещё можно завернуть в листья, обмазать глиной и положить в угли. Ещё там могут быть моллюски. Их насобирать плёвое дело.
Мы переглядывались и улыбались.
— Девчонки, у вас есть чулки? — спросил здоровяк.
Бета не выдержала и рассмеялась.
— Да. Стринги и чулки. А ещё духи, вот понюхай, — она протянула ему запястье.
Он шутку не понял и понюхал.
— Воняет гоблином, — скривился он. — Говорил тебе, не трогай тот труп. Да фу! Убери ты свою руку. Бета. Не смешно! Анд, ну хоть ты ей скажи. Отвали. Отвянь. Бета! Мэй, спасай. Да что на тебя нашло?
— Эй, — едва сдерживая смех сказал я. — Тише, ребят. Не на прогулке всё же.
— Я пойду к озеру, — сказал Тай.
— Не советую тревожить воду, — сказал я. Хотя самому не хотелось обламывать парня. Но тут лидерское, как всегда, брало верх над личным. — Лучше на обратном пути. Мы не знаем, что там может водиться.
Парень счёл доводы весомыми и грустно кивнул.
Мы прошли стороной, держась подальше от берега и оказались у очень крутой каменной лестницы. Ступени выдолбили в склоне. Грубо. Местами очень часто, местами, наоборот, крайне редко. Словно лестница стихийно складывалась тут веками.
— Как страшно, — задрала голову Бета и поморщилась, принявшись разминать шею. — Я боюсь туда лезть.
— И я, — призналась Мэй.
Я представил, как тут будет взбираться группа из двадцати человек. Это же вообще ужас.
— Полезем осторожно. Будем страховать друг друга. Я первый. Затем девушки, потом Тай.
Первые ступени давались легко. А вот на высоте метров трёх, уже страшно было просто подниматься. Ступеньки шли очень часто и сильно высоко, не было плавного подъёма. Приходилось опираться и на руки.
— Лишь бы какая тварь под руку не выскочила, — тихо пробормотал я.
Следом за мной пошла Бета, за ней Мэй. Тай замыкал.
На высоте десяти метров, пришлось подпрыгнуть и ухватиться за ступень. Сделать выход силы на правую, затем на левую, закинуть локти, и думать, ибо ступень в длину всего сантиметров пятнадцать. Кое-как закинул коленку. Переставил руки на следующую ступень и встал.
Теперь надо как-то поймать Бету и не улететь, ибо следующие ступеньки тоже шли очень высоко и мне просто некуда перенести вес, чтобы вытянуть её комфортно. Ладно, понадеюсь на Силу.
Девушка подпрыгнула ухватилась, сделала выход на левую, запыхтела от усердия, я схватил её за лямку рюкзака и выволок. Осторожно вместе поймали баланс. Дальше пошло проще.
— А там узкая ступенька, да? — спросил Тай. — Моё колено вообще там поместиться?
— Ему придётся, Тай, — сказал я. — А у нас есть ещё верёвка? — повернулся к девушкам.
Горе лидер, даже не проверил, что у остальных в поклаже.
— Есть, — сказала Бета.
Мы поднялись ещё метра на четыре. Там был широкий уступ. Я скинул верёвку, и мы с Бетой держали её, а Мэй сунула Таю свободный конец с петлей, чтобы он ухватился.
— Не убирай. — попросил я, когда парень поднялся. — Часто будет пригождаться.
Когда высота стала метров тридцать стало по-настоящему страшно.
— У меня такое чувство, что меня назад тянет, — сказал я. — Будто угол у лестницы неправильно выставлен.
— Такое вполне может быть, — заметила Бета. Она уже вся промокла, не столько от нагрузок, сколько от волнения и вспышек адреналина, когда нога или вспотевшая ладонь скользит.
Взбирались мы до самого вечера. Зато с этой вершины, казалось до шара рукой подать. Да горы коварны и обманчивы, но мы, и правда, на финишной прямой.
Мы стали спускаться. Тропы как таковой не было, но меж острых как драконьи зубы скал и гнёзд падальщиков даже по пыльной земле после лестницы идти было одно удовольствие.