— Костородостонма, — проговорил тролль. Подозреваю, что это несколько слов, но уж больно специфичный говор, всё сливается.
Он замахнулся дубиной. В первый миг возникла дурацкая мысль использовать Перехват или Стойку, но не рискнул. Боюсь тут разница в характеристиках такая, что меня всё равно размажет.
Уклон!
Я ушёл перекатом. Хотя оружие долбануло по твёрдой почве так, что у меня в ушах зазвенело. Размытый Рывок в сторону жены буйного тролля. Она попыталась встретить меня ногой, но я сделал ещё один Уклон и оказался у неё за спиной. Подбил ногу детёнышу и приставил меч к горлу.
Конечно, я бы его не тронул. Он хоть и чудище, больше и сильнее меня, и может уже жрал разумных, но всё же, не думаю, что это правильно.
Тролли замерли.
— Я уйду. И никто не пострадает. Ещё раз сунешься на гору, — я указал свободной рукой за спину. — Я убью тебя. И семья останется. Брось оружие! — кивком указал на дубину.
Он швырнул её на землю. Я убрал меч и спиной стал отходить.
Тролль кинулся было следом, но самка схватила его за руку.
— Пустурухайбарбадабадур, — проговорила она.
— Горошоморимитакама! — прорычал самец.
— Гостор! — ответила троллиха. — Бастарарабудубаламаракало.
— Шур-шор, — он снова попытался ринуться, но жена дёрнула его с силой, уронив на землю, тролль вскочил и саданул ей с правой в челюсть. Самка рухнула на задницу. — Шор-шур!
Он гневно смотрел мне вслед. А я лишь указал мечом на него. Тролль шумно запыхтел, и что-то лопоча поднял свою супругу и оглядываясь, повёл семейство в пещеру.
Я выдохнул. Отыскал видимый след двух оболтусов и пошёл по нему. Вскоре увидел, как они вынырнули из-за холмика и тут же скрылись за другим. Стал тихо красться, чтобы подслушать, о чём эти двое будут разговаривать. Если вообще будут.
— Тролль вроде отстал, — проговорил Тадеуш. — Надеюсь, он сожрал этого придурка.
— Надеюсь, ты не прав. Он хоть и бесит меня, но без него придётся трудно.
— Вот что, Ликтор…
— Где ты это взял?
Хм. Тадеуш, видимо, пистолет показал.
— Нашёл в пещере. Больше не у кого патронов в лагере не осталось, так что с этой штукой, мы можем диктовать условия. Если Анд не вернётся…
— Надо знать наверняка, — сказал Ликтор. — Лучше тогда вернуться и подсмотреть. И если он мёртв…
Я хоть и не видел, но отчётливо представил мерзкую ухмылку на лицах обоих.
— Сделаем тогда всё по-своему. Я, ты, Лапа. Нас хватит, чтобы остальные слушались. Только Саманта моя. Остальные девушки мне безразличны.
Ликтор молчал.
— Эй! Я тебя застрелю, нахрен, если не отдашь мне Саманту, — пригрозил Тадеуш.
— Ты больной⁈ Я тебя во сне лианой задушу, если будешь так говорить.
— Ладно. Погорячился. Я люблю её. Больше жизни. Больше всего на свете. Я правда готов ради неё убить, Ликтор.
— Ты сраный псих. Не нужна мне твоя Саманта. Она сама ко мне липла. Я вообще с Софией. Только тс-с-с! Это пока секрет. У нас всё сложно. Мой брат… и Софи…
— Да я понял, можешь не продолжать.
Жаль у меня диктофона не было. В голове тут же возник коварный план. Если в лагере я первый нападу на этих двоих, всё равно найдутся те, кто сочтёт жестокость излишней. Но если меня вынудят защищать свою жизнь, тут уже любая агрессия легитимна. И я не упивающийся властью пацан, а лидер, который сжалился над преступниками.
— Но что делать с Рин? — спросил Ликтор. — В её власти сделать всё по-своему.
— С ней я разберусь.
— И что у нас будет? Типа триумвират?
— Да.
— Тогда первым же указом, я хочу трахнуть Бету, Элен, и эту стерву Аманду.
Тадеуш засмеялся в кулак.
— Не забывай. Мы вернёмся в полис.
— Ладно. Буду уводить их в сторону и трахать по одной. И пусть что-то докажут. Хотя ладно, Элен нельзя. Вдруг потом лечить откажется. А вот всех остальных… — предвкушающе протянул он.
Захотелось прям на месте прирезать их. Но хороший лидер, наверное, тем и отличается от плохого, что эмоции может отвести на второй план. Это всё ещё ценные члены нашей и без того немногочисленной группы. Просто нужно будет их проучить. Жестоко проучить.
Дослушивать их не стал. Пригнулся и побежал в обратном направлении. Тут, не доходя до жилища тролля, порезал себе руку и щедро брызнул крови на камень. Оторвал пропитанный кровью лоскут футболки и бросил. Плюс прополз, оставляя видимый даже самому тупому след волочения.
Костей в округе было много, так что оборвал себе штанину, впихнул довольно похожую, скорее всего, обезьянью кость и добавил кровь.