— Я не детектор лжи, — сказала девушка. — Но от них воняет враньём настолько, что, если бы у меня дар прорезался только вчера, я бы почуяла это.
— Она на его стороне! — возмутился Тадеуш. — Это несправедливо.
— Заткнись, — спокойно сказал Тор. — Можно мне молоток?
Я отошёл и с помощью ножа и верёвки и палки, сделал ему деревянный молоток.
— Продолжайте, господин Анд, — обратился комментатор.
— Ещё подсвечу общественности эпизод, который пусть она сама трактует, как хочет. Я бы убил Тадеуша, если бы не один момент. Не состоявшиеся убийцы обговаривали, что выведут из строя госпожу Рин Фобос, и Тадеуш даже вывел её за территорию, чтобы выключить, потом они должны были опаивать её до придумывания выхода из ситуации. Но Тадеуш не нанёс удар, несколько раз замахиваясь для этого.
Люди перешёптывались.
— Балаган, — фыркнул Тадеуш.
— Проявляйте уважение к процессу, — сказал Тор. — Продолжайте, потерпевший.
— Пока у меня всё.
— Хорошо, тогда, может, кто-то хочет высказать от стороны общины?
— Я скажу! — подала голос Лиза. — Этот ублюдок, красный бабуин, он…
— Горилла, — встрял Тадеуш.
Тор мотнул головой, намекая, что нужно обучить уважению к суду. Я и сам хотел, так что подошёл влепил ногой по прострелянному бедру.
Парень взвыл, запрокинув голову и стал отдуваться от боли.
— Продолжайте, — попросил распорядитель.
— Эта красная макака скрыла свой дар! — кричала Лиза. — Ну как скрыл, не использовал, очевидно, что без него он бы не пережил атаку механоидов. Но скольких бы можно было спасти, дерись он в полную силу! — она подняла культю и показала. — Может, я бы осталась с рукой, а Мбаку с ногой.
— Обвиняемый. Вам есть что ответить?
— Да нифига я не могу просто так обернуться! — заорал он. — Мне нужна персонифицированный объект ненависти. Только так! Только тролли или, вон, Анд.
Опа! Интересно кроет. Как по писанному чешет.
— Госпожа Бронкс, можете как-то это прокомментировать? — посмотрел Тор на Аманду. — Бывает такое у астральных оборотней.
— Честно говоря, и не такое бывает. Про подобное не слышала, но не просто так придумали понятие наставник по работе с даром. У Лапы очевидные затыки, он не может долго держать форму, с этим работают. У Тадеуша я допускаю подобное. Хотелось бы слышать подробнее.
— Рассказывай, — сказал я.
— У меня тролли сестру сводную украли, и я это видел. Довольны⁈ Нихера я не могу обернуться просто так. Потому и не сказал ничего, потому что… да вон, у Томаса спросите, я часто у школьного психолога был. Только я никому не говорил, почему и зачем.
— Да было дело, даже на тренировки опаздывал или раньше уходил, — сказал Томас. — Но это в предыдущие года.
— А потом я забил, — буркнул обвиняемый, глядя в землю. — Сколько пытался решить проблему, но она не уходила. А тут и тролля встретил и… в общем, перемкнуло что-то в голове, как нарыв созрел, понял, что обернусь, и даже… типа, что не смогу сдержать обращение.
Все смотрели на Рин, и она кивнула.
— Похоже, козлина не врёт, — сказала ментатка.
— Госпожа Саманта, — обратился к девушке Тор. — Вы как объект симпатий этого преступника, можете что-то добавить? Может, были погружены в какие-то нюансы?
— Я не знала, что он одарённый, — проговорила девушка. Она была бледная, под глазами синяки. — Собственно, мы же начинали встречаться, а потом расстались, как раз потому, что я хотела знать, что у него внутри, а он эту ношу в себе держал. Но видно ведь, что что-то гложет человека, а он не делится и типа говорит, люблю. Какая же это, блин, тогда любовь. Стрелять в… — она замолчала и прикрыла рот, отвернулась, всхлипнула, из глаз покатились слёзы.
— Да потому что ты и Анд! — заорал Тадеуш.
— Ничего не было, придурок, — бросил я. — Она просто не знала, как от тебя ещё отвязаться. Вот я и помог. Спектакль это был.
Ещё не хватало, чтобы Саманта ляпнула, что это мы его спровоцировали.
Тадеуш замер с открытым ртом. Кровь отступила от лица, а потом, наоборот, морда раскраснелась.
— Саманта, — тихо проговорил он. — Прости-прости-прости. Я… я идиот. Я не хотел. Я… — он пополз к ней на перебитых ногах.
— Не приближайся ко мне! — воскликнула девушка. Элен встала на пути Тадеуша, а он выглядывал из-за ноги лекарши.
— Саманта… — умоляюще проблеял он.
Но девушка лишь плакала, закрыв лицо руками.
— Вернись нас место, — сказал я.
И тут Тадеуш зарыдал.