По пути скинул обувку и тихо-тихо подбирался. Потом тявкнул. Стая затихла. Вожак запрыгнул на тролля и тут же схватил стрелу, слетев с туши. Остальные выскочили, щеря клыки и замерли в нерешительности. Всё же я был крупнее, а сзади подходили ещё девушки.
Они решили отступить и отбежали, но далеко уходить не стали. Я обошёл тролля. Вожак лежал и рычал. Подняться он не мог, но и скулить от боли не стал. Да, гордый зверь, и вправду, гены той самой стаи чувствуются.
Подошли девушки, кривя нос от запаха тролля.
— Околдуй его, — обратился я к Таре.
Звероловка начала смотреть волку в глаза. Он зарычал. Тара зарычала ещё громче. Черты её лица не изменялись как у Руаны, но она стала походить на животное из-за глаз, которые источали совершенно природную злобу.
Пару минут она подчиняла зверя и наконец выдохнула.
— Если бы ты не ранил, не получилось бы. Хотя казалось, какой-то койот.
— Вожак, — заметил я.
— Ну да. Можешь подойти. Он понимает, что ты поможешь.
Она присела и взяла его за пасть. Я обломал хвостовик и выдернул стрелу за наконечник.
— Он сейчас поест и исцелится, — сказала звероловка и взяла его на руки, поднесла к телу. Койот стал противно чавкать, поедая тролля.
— Присядьте за тело, не стойте так, — немного раздраженно выдал я и стал осматривать гиганта. Это был тот самый, который слетел со склона в дождь. Судя по всему, он скатился по грязи, особо не пострадав. Или всё же умер потом от внутреннего кровотечения? Хотя сомневаюсь, всё же не человек, другая физиология.
Я подошёл к голове. Целая. Шея тоже без повреждений.
— Так, помогите мне его перевернуть.
— Это точно нужно? — с сомнением сказала Лиза.
— Да! — прошипел я. — Мы, блин, тут живём. Уприте копья в землю и приподнимайте.
Я накинул троллю петлю на кисть и обошёл тушу с другой стороны, потянул за верёвку. Ноги заскользили. Всё же почва ещё влажная. Упёрся в камень и потащил. Удалось перевернуть на бок.
Оббежал труп и увидел причину смерти. Позвоночник был сломан. Серая кожа продавлена на пояснице. Очень глубокая такая вмятина. И след от характерной дубины. Скорее всего, молодой тролль-семьянин убил конкурента.
Мы обратно опрокинули тело, как оно было. И ещё какое-то время охраняли нового пета, пока он не исцелился.
— А теперь показываю один раз. Запоминайте, — сказал я. Подошёл и срезал куцую прядь жестких как проволока волос с башки тролля. Затем подошёл к его дубовым пяткам и мечом отрубил слой ороговевшей кожи. Получилась эластичная пластина, сантиметра полтора в толщину и без малейших следов крови. — Копья давайте, — сказал я.
Повязал на Лизино волосы, а копьём Тары просто проткнул кожу и насадил.
— Вот. Теперь, когда пойдём по лесу, звери в первую очередь учуют запах тролля, а потом уже людей, и, конечно, подумают, что это гигант идёт с добычей и предпочтут ретироваться.
Мы шли до леса, а койоты недоумённо провожали нас, не понимая, почему их вожак уходит с чужаками.
— А не выйдет всей стаей управлять? — с надеждой уточнил я.
— Нет конечно. У меня ещё птица в лагере осталась, вообще-то. Два слота сейчас. Ну максиму три, если это будут грызуны типа крыс.
— Жаль-жаль.
Пета мы пустили вперёд.
— А кого мы ищем для Камуя? — уточнил я.
— Маленькую обезьяну.
— Оу! Очень амбициозно. Но они же умные. Тяжело будет подчинить.
— Попробуем всё же.
— Так, всё, тихо. Входим в лес.
Мини-волк прокладывал маршрут и сразу же спас нас от змеи. Большая оранжевая гадина поднялась и зашипела. Я махнул мечом срезая ей башку.
Прошли совсем немного, и койот угодил в силки.
А вот это уже плохо. Работа ручная. Возможно, эльфийская. Я освободил животное, и мы медленно пошли дальше, пока не послышалось орочье наречье.
Как же тут оживлённо после дождичка-то.
Девушки испуганно переглянулись. Я махнул рукой, сказав им спрятаться за деревьями.
— Шур-шор, — использовал я Голос, копируя речь тролля. — Шор-шур!
И зашатал дерево. До ушей донёсся лишь шум сминаемого в испуге кустарника. Похоже группа была небольшая и драпанула.
— Что это было? — спросила Лиза.
— Спародировал тролля, — пожал я плечами. — Не думал, что проканает.
Спустя полчаса блужданий, я нашёл дерево, подходящее для создания трубок. Насрубал очень много, привычно связывая по десятке, а потом ещё и в инвентарь напихал, пока девушки не видят.
Подстрелил пятерых птиц и какой-то большой фрукт, пока наконец не попалась обезьяна. Её было совсем не видно, если бы не моргнула, я бы и внимание не обратил. Она оказалась крохотная, с ладошку размером, причём видно, что не детёныш, а взрослая особь такая.