Через двадцать минут, миновав несколько дворов, Склим вышел на улицу, вблизи полицейского участка.
Там, прямо напротив парадного крыльца, метрах в двадцати, у самой дороги, столпились десятка полтора людей — полицейские и гражданские. А все из-за большего грузовика умудрившегося врезаться в здоровенный высокий тополь, что рос рядом с участком.
Грузовик марки «Бегун-1500», темно-зеленого цвета, с квадратной фанерной кабиной, стоял уткнувшись в ствол тополя правым, вывернутым от удара, крылом. В цветочной клумбе отпечатался глубокий широкий след колеса.
Склим неспеша подошел к образовавшейся толпе.
Полицейские участка на такое событие вывалились все — Жар Дар, Ку Фин, и Рембе Оуп.
Пьяный водитель грузовика сидел на карачках под тополем и его натужно и громко рвало.
— Тьфу. Нашел место. — Жар брезгливо отвернулся и тут, увидев Склима, ощерился радостно: — Видал? Дела-а-а!
При этих словах, крупное красное лицо Жара расплылось в счастливой детской улыбке.
Столпившиеся рядом прохожие обсуждали случившееся — женщины осуждающе, мужчины с мрачным пониманием в глазах.
Водителя рвало.
Громко.
— Давно это? — спросил Склим, кивнув на смятое крыло машины.
— Блюет-то? Да вот только что…
— Авария давно произошла? — Склим с интересом следил за эволюцией на лице Жар Дара.
— А-а-а, это! Нет. Представляешь, сплю я, значит…
— Протокол сами составите, — перебил его Склим, посмотрев на водителя.
Мешковатые черные брюки водителя сильно натянулись на его заднице, открывая вид на верхнюю часть белых полушарий.
— Капитан уже у себя? — Склим снова посмотрел на Жара.
— В управлении еще. Не вернулся, пока. Наверное, крепкий нагоняй получает от начальства. Дело Точ Киха полная безнадега. Премию за прошлый месяц капитан нам урезал, и в этом — урежет. Надеюсь, что ему сейчас так-же хорошо, как и этому, вот, — и Жар Дар кивнул в сторону водителя.
Склим усмехнулся и добавил к сказанному Жаром, свое:
— Нет, не так. Ему должно быть еще лучше, гораздо лучше.
Жар Дар затрясся от смеха, и почти все стоявшие поблизости зеваки оглянулись в его сторону.
— Ладно, у себя буду, — произнес Склим и направился к крыльцу участка.
Поднявшись на крыльцо и, взявшись за железную дверную ручку, он машинально оглянулся и посмотрел на улицу, и все еще улыбаясь, увидел их.
Их было двое.
Одинаково одетые в серые клетчатые костюмы поверх белоснежных рубашек, таких-же серых широкополых шляпах и черных, начищенных до блеска, ботинках.
Они всегда одевались во все новое, «с иголочки», и ходили слухи, что у агентов обоих департаментов на сей счет — пунктик. Якобы они никогда не одевали второй раз ту одежду, в которой были в черных кварталах.
Пунктик.
И всегда серо-клетчатые.
За свою службу, Склим видел их всего-то несколько раз и всегда такими.
Не местные.
Местные не имеют такого лоска.
Столичные, из самой Блестающей Выси.
Агенты департамента дознания или юстиции. Впрочем, для него разницы в этом никакой не было.
Один агент был гладко выбрит, другой, который повыше — носил небольшие стриженные усы.
Они шли твердой решительной походкой вымуштрованных офицеров — не шли, а маршировали. Один из них закурил папиросу.
Черные ботинки при ходьбе весело сверкали новеньким лаком.
Без машины.
Чтобы не привлекать внимание.
Склим усмехнулся.
Да у вас, ребята, на лбу написано, кто вы такие!
Вряд ли на задержание они пошли бы пешком. Уже хорошо. Быстро сработали. Проследить путь Ланиной — дело техники, а когда вышли на вокзал отправления…
Молодцы.
Дальше совсем просто.
Склим почти явственно увидел лицо Толстой Ща, когда ее спросили о «девице».
И рисунок показали. Как-же без этого? Толстая Ща, наверное, с радостью поведала «господам», где и с кем она видела упомянутую особу последний раз.
— Есть у нас полицейский, под лейтенант Склим Ярк, он даже о-о-очень хорошо ее знает!
Слова, конечно-же, были другие, но смысл тот-же.
Склим вынужден был признаться самому себе в том, что в случае его ареста, арест пришельцев станет делом скорого времени, а вместе с ними и Фолка, и Тосии Вак с Эволом Кюмо.
Склим не боялся боли, всякое доводилось терпеть, но что ты можешь знать о боли, пока тебя не коснулись пытки?
В департаменте дознания песни поют даже немые.
Он понял все это за несколько секунд, пока смотрел на приближавшихся агентов. Они подошли к полицейскому участку — один остановился в нескольких метрах от крыльца, смотрел на Склима (смотрел прямо, неотводя глаз), другой, сказав что-то напарнику, шагнул к толпе.