Кое-как доработав до обеда, они разошлись по домам. Когда настал летний зной, предварительно закрыв ставни в своем новом жилище, Максим уснул сном младенца.
Наконец солнце пошло на спад. Настал вечер. Старые часы, висевшие на кухне, пробили восемь. Максим открыл холодильник и увидел бутылку водки. Она ему показалась чем-то вроде оазиса покоя в бездонной пустыне отчаяния. Немного подумав, он открыл спиртное. Налил - выпил. Опять налил - выпил… На это застолье, помимо нашего героя, были приглашены также Боль, Одиночество и Неизвестность. В целом получался очень неплохой и, даже, веселый вечерок. На первой половине бутылки они играли в карты два на два. В напарницы Максим выбрал себе Боль. Затем, когда жидкость в стеклянном сосуде все ближе подходила ко дну, в гости зашел Хмель с гармошкой и начал играть. Боль с Одиночеством сразу же принялись плясать, а Неизвестность подыгрывала Хмелю на ложках.
- Слушай, Макс, я тут хотел на турник тебя пригласить, - сказал Матвей, войдя к соседу «на огонек».
- Это что такое? Почему один пьешь? Веселишься, или хоронишь кого? – начал он возмущенно, увидав пьяного Максима. Матвей явно не ожидал увидеть такую картину.
- О-о-о! Матвеюшка, сосед! Хороню свою городскую жизнь. Будешь? – ответил
Максим, протянув бутылку соседу.
- Выкинь, - сказал коротко и жестко Матвей, глядя на бутылку.
- Это чего же? Я в городе всегда так расслаблялся. Тем более после такой-то работы, - отвечал Максим весело и ехидно.
- Или вам, праведникам, нельзя. Ха-ха-ха. Вот смешной ты, Матвей. Ходишь себе с тяпкой в руках и философствуешь, пока жизнь мимо проходит, - продолжал Максим, неуклюже размахивая руками.
- И сейчас… Турник. Какой, к черту, турник? – шатая головой, будто она на шарнирах, продолжал речь Максим.
- Максим, тебе нужно взять себя в руки, - начал было Матвей, но тот его перебил.
- Да зачем мне брать себя в руки?! Что мне это даст?! Я живу, не пойми где, и не пойми зачем! Так к чему мне еще себя в руках держать?! Может я сюда приехал чтобы сдохнуть?! А ты меня спасаешь! – выдал пьяную тираду Максим.
В этот момент у Матвея закончилось терпение. Этот темноволосый крепкий парень с чистой деревенской первозданной силой ухватил Максима за ворот футболки и начал тащить на улицу. Тот сопротивлялся как мог – кусался, щипался, брыкался - но ничего не смог поделать с деревенским силачом. А Матвей просто вышвырнул из дома пьяницу. Затем он поднял его, и хорошим плотным ударом приложился по Максиму так, что тот на метр отлетел. Пока Максим приходил в себя, Матвей зачерпнул ледяной воды из колодца и окотил ею соседа.
Может и не стоило столь дерзко себя вести, но в этот момент Матвей видел не только настоящее, но и прошлое. Он четко помнит пьяного отца. Он четко помнит крик пьяных воплей и стук кулака по столу. Он четко помнил свою обиженную, плачущую мать. И потому, у него всегда «западала планка» при виде пьяниц. Этот опаленный пекущим солнцем парень был зол. Этот закаленный степным ветром силач увеличился и стал похож на, выкормленного лесом, могучего медведя с разъяренными глазами - играл мышцами, глубоко и часто дыша.
- Я смотрю вы, городские, вообще с ума сошли! Что не вечер, то пьянка! Работать не умеете вообще! Все у вас без ограничений! Ни морали, ни культуры! – и он со всего маха дал кулаком в деревянную стену сарайчика. Да так, что доски затрещали.
Максим мигом протрезвел.
- Учишь, его учишь, – ничего не помогает! Дурак ты, Максим! Бог тебе руку подает, а ты по руке бьешь. Радоваться должен, что ты здесь, а не в могиле. Запомни раз и навсегда! В этом мире есть только две вещи к которым невозможно предъявить претензии - это честный труд и правда. Я тебе правду говорю, так что не сердись! Вот, выпей! Это то, что ты сейчас действительно должен пить! - и он протянул ему банку освященной воды, которую нес соседу, чтобы тот попробовал.
Глава 10. Откровение
Глава 10
Откровение
Сначала Матвей думал, что Максим его не простит и их дружба закончится. Но, к превеликому его удивлению, отрезвев, Максим не проявлял агрессию. Более того, уже на следующий день он спросил разрешения у Матвея поприсутствовать на его гимнастике для тела.