Не скупились покупать эти находки собиратели сокровищ, которым только покажи что-нибудь редкое. Кузнецы, некоторые из которых умудрялись вытачивать из костей прекрасные клинки, волшебники, использующие скелеты в своих обитальнях, алхимики, перемалывающие кости в муку и применяющие ее в своих невероятных зельях.
Словом, драконоискатели были в Зеленолесье всегда. Вот только до сих пор ни один житель этих земель, как и соседствующих, никогда не видел живого дракона своими глазами. И каждый зеленолесец, будь то малыш или старец, непреклонно верит, что они все еще существуют. Многие мудрецы упорно доказывают, что все драконы вымерли давным-давно, и нет не единого шанса повстречать их вживую. Но остальная часть населения крепко верит, что где-нибудь за Непреодолимыми горами они существуют, и придет час, когда тень огромных крыльев огнедышащего дракона упадет на земли Зеленолесья. Бесчисленные полчища этих летающих существ, конечно же, видеть здесь не желали, но вот повстречать одного! Да, это была мечта всех мальчишек Зеленолесья.
Что и говорить, Драконья ярмарка был одним из любимых праздников Зеленолесья. Обычно ее устраивали одну на пять-шесть деревень в округе, в больших же городах, таких как Сэльма или Углеград, бывало проходило по две-три ярмарки на город.
Уже много лет подряд Серебрица не была той деревней, в которой Совет больших умов решил проводить ярмарку. Всегда выбор падал на близлежащие деревеньки, в которых старейшины видели более хорошие условия для проведения праздника.
Но все случилось не так, как прежде. Старейшина Коцлав, возглавляющий Совет больших умов, куда входили деревни Кримта, Винохлеб, Нижняя Грашница и, собственно, сама Серебрица, настоял на проведении Драконьей ярмарки именно в последней деревне. Причина была проста, Коцлав был родом из Серебрицы. Ну и взятку в два золотых от старосты Серебрицы он на всякий случай взял.
И вот, в первый день месяца Опавших листьев, праздник пришел и на улицу жителей Серебрицы. Пустырь, затерявшийся между концом крайней улицы и лесом, безупречно подходил для всего праздника.
Глава 23. Представление и наказание
Уже солнце затеяло клониться и озарять своим розовым сиянием верхушки шатров, а безумное веселье еще не собиралось уходить. Отовсюду слышались веселые крики, волшебные звуки лютен, детский смех и громкие взрывы хлопушек. Было еще довольно светло, но фонарщики уже зажги временно поставленные фонари. Местные чародеи поделились какой-то волшебной пылью, чтобы каждый фонарь горел своим цветом. Дети в масках дракона то бегали друг за другом, то толпились у какой-нибудь лавки, где торговец всякой всячиной предлагал свой хлам, собранный с разных уголков Зеленолесья.
Глотатели огня, как всегда окруженные толпой любопытных обывателей, озаряли своим пламенем наступающие сумерки. А чуть поодаль от них уже начал показывать своих чудаков Скряга Трюмирос, известный мошенник и подлец. В прошлом году на ярмарке в Кримете он показывал народу всяких уродцев и требовал деньги за их представление. Говорят, тогда он нагло обманул своих уродливых наемников, и они навсегда покинули его, нарисовав на его лице пару синяков на прощание.
Однако, несмотря ни на что, этот скользкий старик опять задумал свое представление, как раз когда количество пьяных на ярмарке превысило количество трезвых. В длинном для своего низкого роста зеленом плаще, с высокой шляпой и тростью в руке он выскочил на крохотную насыпь, озаряемый разноцветным светом фонарей.
- Приветствую вас, жители Серебрицы и соседних деревень, на этой чудной Драконьей ярмарке! – широко улыбаясь своей добродушной и в то же время змеиной улыбкой, воскликнул он, - Готов представить вам неповторимое зрелище, впервые в Зеленолесье – чудовища и диковинные обитатели с разных уголков всего Великоземья!
Народ, уже собравшийся вокруг него, любопытно уставился своими охмеленными лицами на старика, ожидая дальнейших событий. Почти все на ярмарке знали этого Скрягу Трюмироса как отъявленного, хоть и относительно безобидного негодяя и подлеца, поэтому с некой недоверчивостью относились ко всему этому, хоть и не без любопытства.
- Опять дурачит нас, - шепнул один житель другому, глядя на ярко освещенного Скрягу, - Только и надо ему, медных с народу вытрясти.
- В прошлом году хотя бы забавно было, - говорил другой, - Даже некоторые ему монеты кидали. Горстями.
- А он выбирает миг, когда все напьются. Хитрый и расчетливый жук!