Даже обниматься предложила добровольно. Ну это я всегда с удовольствием. Обхватив её покрепче, я поднял глаза к луне и упрямо потребовал, совсем не задумываясь о последствиях:
- Туда, откуда вылез этот любитель огненного баскетбола!
Лера, всё ещё уверенная, что может нас спасти, тащила меня в сторону и вдруг, просто на ходу, превратилась в довольно рослую волчицу. Вот оказывается, что значит лугару и какие они есть на самом деле.
Удивляться и шарахаться было как-то некогда. Я лишь крепче обхватил её за шею, позволяя себя практически везти, и краем глаза замечая, как меняется окружающая действительность. Подумалось вдруг отстранёно:
- Как оказывается легко покинуть Землю, особенно верхом на юной волчице.
6. Круто оказаться магом. Она
С пробуждением в нос резко ударил удушливый запах жжёных трав, сушёных кореньев и ещё чего-то неведомого. Я еле разлепила веки, уставившись в деревянный потолок, по которому причудливо танцевали отсветы огня в очаге.
…Огня в очаге?!
Я открыла глаза шире и попробовала приподняться на локтях, но тут же накатили слабость и головокружение. Я упала на подушку, пытаясь прийти в себя. Что же вообще произошло?
В гудящей голове пронеслись смутные воспоминания: прогулка по ночному кладбищу, нападение какого-то мага из портала, потом я обернулась волком, схватила Серёгу…
Дальше не помню. И где, кстати, этот пьяница?
Я предприняла ещё одну попытку подняться. Осторожно, опираясь на стену, приняла сидячее положение, замерла, пережидая, пока не перестанет кружиться голова, и мужественно встала с кровати.
В другом состоянии я, наверное, была бы крайне изумлена, почему я нахожусь непонятно где и почему мне так плохо. Но сейчас всё было таким блёклым, вялым, безынтересным…
Почему-то совсем не удивилась тому, что одета в какую-то странную, длинную рубаху, расписанную неизвестными мне рунами. Ах да, я ведь обращалась и одежда, наверное, вся теперь порядком разорвана. Только сейчас этот факт меня совершенно не беспокоил. Страшно болела голова и даже размышлять было больно.
Найдя очередную опору в виде бочки, на которой стоял глиняный кувшин, я прошла вперёд ещё немного. Всё в поле зрения подло расплывалось, сливаясь в одно тёмное пятно. Впечатление было такое, что я иду сквозь густой плотный туман, в котором, вместо воды, капельки чистейшего спирта.
Я сделала ещё пару шагов и прильнула к стене возле очага, озираясь по сторонам. Маленькая уютная комнатка: в правом углу кровать, бочка, в левом массивный рассохшийся шкаф, на дощатом полу что-то вроде ковра. Вот если бы здесь не пахло так сильно травой…
Надо собраться! Главное сейчас – выйти из комнаты. А то мне окончательно станет хуже от противного запаха…
Шатало меня будь здоров, и, дабы пол не ушёл из-под ног, я сползла по стене вниз и решила прокладывать дорогу к двери на четвереньках. Вроде получалось, но периодически приходилось ползти.
«Да уж, я герой!» - пронеслась едкая мыслишка.
Сражение с дверью проходило ещё хуже, чем путь к ней. Но я справилась!
За пределами комнаты запах был послабее и приятней: пахло выпечкой и молоком. Я вышла к лестнице и благодаря перилам встала на ноги. Головокружение, к которому ещё добавилась и тошнота, даже не думало проходить.
Снизу до меня донеслись голоса.
- И долго она в таком состоянии будет? – обеспокоенный Серёжкин.
- Скоро должно полегчать, - ответил скрипучий старческий. – А ты как хотел? Метка Изгнанника – вещь серьёзная. В Шареме она вообще не сможет находиться, а в других мирах будет долго приспосабливаться к новой энергии. Метка на то и предназначена, чтобы её носитель носу в иные места не совал. Давай, молоко помоги по кружкам разлить.
- И всё-таки не понимаю!
Я, вцепившись в перила, спустилась до середины лестницы. На меня удивлённо уставился Серёжа и какая-то бабка с пшеничными волосами, похожими на космы, которые она спрятала под платок, в полинялом безразмерном платье и с крючковатым носом.
- Дурная волчица, - негодующе произнесла она. – Тебе лежать надо!
- А…где я? – Вышло как-то тонко и болезненно.
- В Марильте, - нарезая что-то на столе, пояснила она. – Я Райна.
- Что…было?
- Вот этот молодой человек, - ножом бабка указала на Серёжу, которой сразу же бросился ко мне, пытаясь помочь мне устоять на ногах, - принёс тебя посреди ночи бледную, без сознания. Ты что-то бессвязное несла. Вот, собственно, и всё. Сейчас, раз уж в себя пришла, садись, побеседуем. И поешь обязательно.