Джэу громко всхлипнула, уткнувшись носом в рубашку Ю, не сдерживаясь больше. Словно не одну тысячу пиал, а с раннего детства она копила в себе боль и горечь, и теперь рубашка Ю щедро их впитывала. Перед внутренним взором хаотично мелькали невыносимо тяжелые картины далекого прошлого, перемежаясь с более яркими – теми, что рисовали случившееся во время долгого перехода по горам.
Добродушное лицо отца, вырезающего для Джэу амулет из кости, а следом его же – но искаженное в предсмертной агонии и залитое алым.
Мама, со смехом рассказывающая про Нанг Лха, хранителя домашнего очага – и она же, яростно бросающаяся с рогатиной на монахов, пришедших изгнать про́клятую Джэу.
Хиён, что протянула руку погибающей девочке и повела с собой, спасая от верной смерти – и ее жуткая тульпа, передающая мерзкие поручения.
Лобсанг, начищающий котел под веселые шутки – и его бездыханное тело с расползающейся ракшасовой меткой.
Рэннё, согревающий Джэу на берегу Ярланг, и его злые, рассекающие сердце и душу слова.
Цэрин, осыпающий ее кожу жаркими поцелуями, и длинное гибкое тело дзонг-кэ, улетающего вместе с Лхамо…
– Лучше выдвигаться, – тихо позвал Вэй. – Еще не известно, что по ту сторону, и успеем ли мы добраться до ближайшего города к закату.
Ю кивнул ему, но успокаивать Джэу не прекратил. Она была уверена, что он простоял бы так, легко поглаживая ее по спине, до тех пор, пока она сама не отстранится. Но это лишь усиливало ту горечь, в которой она утопала.
– Идем, да. – Джэу выдохнула, собираясь с силами, и резко отступила от Ю.
Она не смогла взглянуть ему в глаза. Развернулась и зашагала к проходу. Чжиган уже стоял возле расщелины, боязливо косясь на сизую мглу внутри, что клубилась будто живая. А когда увидел, что и остальные готовы продолжать путь, развернулся и шагнул в расселину. Серые дымчатые клубы сомкнулись за его спиной.
– Нет, стой! – испуганно выкрикнула Джэу и бросилась к нему.
– А? Что? – Чжиган вышел обратно.
«Целый. Живой».
Джэу окинула его взглядом, но никаких изменений не увидела.
– Джэу-сань? – Чжиган вопросительно смотрел на нее, ожидая пояснений.
«А если Хиён обманула? Если нет никакого горного демона?»
– Что не так? – Вэй тоже застыл в напряжении.
«Ю, Чжиган или Вэй?»
Она прикусила губу, ведь правда рвалась наружу.
«Они должны знать».
– Там может быть…
«Они должны сами решить. Я не могу выбирать… Это невыносимо!»
– …опасно. Эта мгла. А вдруг?..
«Ю, Чжиган или Вэй? Ю, Чжига…»
Кровь из прокушенной губы осела на языке солоноватым вкусом.
«Ю, Чжиган или Вэй? Ю, ЧЖИГАН ИЛИ ВЭЙ?! Или… я?»
Такое простое решение.
– Ну куда ты вперед полез! Там же узко, а ты дороги не знаешь, да и спотыкаешься через раз, – ворчливо прикрикнула на него Джэу, силясь скрыть за этим истинные чувства.
По выражениям лиц спутников она поняла, что не особо то ей и поверили. Но какая теперь разница.
Она не стала что-то добавлять, оправдываться или пояснять. Шагнула вперед, ощущая, как прохладная мгла касается ее рук и части лица, не покрытого маской, как щекочет оголенный живот, забираясь под чубу.
Клубящийся мрак окружал так плотно, что можно было разглядеть что-либо только на расстоянии вытянутой руки. А тропа под ногами и вовсе скрывалась в густой тени, будто Джэу шла вброд по странной туманной реке.
Если в существовании Махака́лы она еще сомневалась, то кочки и рытвины под подошвами были вполне реальны. А потому продвигаться приходилось медленно, ощупывая стопой землю, прежде чем сделать новый шаг. Да и рукой Джэу придерживалась за скалистую холодную стену ущелья. Позади слышался шорох одежды лаосцев и тихие ругательства, когда кто-то из них оступался или спотыкался.
Джэу не видела, кто именно шагнул следом за ней, но по голосу определила – Чжиган.
«Этому здоровяку, наверное, совсем неудобно в столь тесном проходе», – подумала она, представив, как тот то и дело врезается плечами в уступы.
Напряжение, сковывающие ее, с каждым пройденным шагом понемногу спадало. А когда впереди замаячил солнечный свет, она и вовсе облегченно выдохнула.
«Не так уж и страшно. Выходит, Хиён все-таки обманула. Вот же старая ведьма!»
Джэу ускорила шаг – мгла отступала, открывая взгляду тропу. Различила она и треугольной формы выход, где виднелся край пронзительно голубого неба. К затхлому запаху пещеры примешивались ароматы цветущих горных трав, слышалось жужжание насекомых.
– Мы прошли! – радостно оглянулась Джэу, но позади себя увидела лишь стену из густого темного тумана. – Эй! Чжиган? Где ты там?