— Я же вам говорил, что знаком с военной моделью? А вы сами признались, куда делся её бюджет. Следовательно, должна сохраниться и совместимость… — весьма обтекаемо ответил на его вопрос.
— Значит, вы работали тестировщиком на военных, — наконец-то догадался парень. — Не могли бы вы поделиться своим опытом эксплуатации подобных изделий в Зоне, если они, конечно, не являются секретными.
Подписку с меня не брали, да и устно предупредить об какой-либо ответственности забыли, потому вкратце поделился главными впечатлениями, упомянув и замеченные недостатки.
Молодой консультант подозвал своего коллегу — бородатого мужика лет сорока в очках, оказавшегося одним из инженеров-разработчиков этой системы. Вернее — не только этой, но и многих других. Белорусское предприятие выпускало различные оптические и оптико-электронные приборы. От биноклей с лазерным дальномером до танковых и авиационных прицелов.
Выпуск специальных изделий под условия Зоны поначалу казался весьма перспективным делом и сулил выгодные заказы. Но на практике коллективу разработчиков пришлось решать множество проблем, о существовании которых они прежде даже и не подозревали. На различные эксперименты и выпуск пробных партий уходило много средств, полностью съедавших все прибыли.
Спасала предприятие лишь финансовая поддержка со стороны государства и каких-то спонсоров. Судя по оговоркам консультанта — это определённо не российское оборонное ведомство. Хотя и оно тоже интересовалось результатами работ белорусских электронщиков, но ему было отказано по непонятным для моего собеседника причинам.
В конечном итоге, я обменялся с тем мужиком контактами в сталкерской сети. Он обещал прислать через месяц самую последнюю прошивку для 'Глазастика', где, по его словам — полностью устранили многие обнаруженные недочёты прежних версий. Да и добавили много полезного заодно. Главная идея системы оказалась весьма перспективной, пусть и не оправдавшей финансовых ожиданий руководства предприятия.
Военные сначала выделяли много денег для разработки самой современной экипировки под особые условия Зоны, но потом отказались от дальнейшего финансирования целой серии находящихся на стадии почти полной готовности проектов по непонятным причинам. Наверное, как всегда, с кем-то из киевского начальства забыли вовремя поделиться, а оно решило отомстить в меру собственного понимания и ограниченности.
Хоть проект и официально закрыли, но доработка изделия продолжалась уже на инициативном уровне с прицелом на нахождение другого более состоятельного и менее требовательного заказчика. А коллектив разработчиков остро нуждался в информации о реальном применении их изделий в Зоне. Но и разбрасываться опытными прототипами они тоже не могут — слишком уж они дороги и сложны в производстве. А раз у меня тот прототип уже есть, то их интерес ко мне вполне очевиден.
Покинув первый ангар, отправился ко второму. Вход в него оказался платным. Билет стоил двести рублей Зоны, как мне сказали — 'дабы отсечь всяких праздношатающихся с пустыми карманами'. Здесь разместилась именно 'сталкерская ярмарка' и сюда не пускали скупщиков и торговцев из-за внешнего периметра. Сделкам с деньгами сталкеры предпочитали бартер, меняя одни артефакты на другие, а также на различные изделия или редкие медицинские препараты.
Мне сразу посоветовали повесить на грудь и спину небольшие плакаты с тем, что бы я хотел приобрести и тем, что предлагаю на обмен сам — так больше шансов обрести желаемое. Я отметил такие плакаты практически у всех присутствующих здесь людей за исключением самих организаторов ярмарки, потому решил действовать как все. Взяв лист бумаги и чёрный маркер, разделил лист на две части, написав в одной названия нужных мне артефактов, а в другой тех, которые мог бы отдать.
Обмен осложнялся тем, что для удовлетворения запросов приходилось выстраивать целые бартерные цепочки. У одного есть одно, у другого — другое, а нужное только у кого-то третьего. Мне, можно сказать — с одной стороны повезло — предлагаемые к обмену 'электрики' сейчас требовались многим, но с другой — и нужных мне артефактов ни у кого не было в наличии.
Я прошел два круга внутри ангара, прежде чем ко мне обратился какой-то дедок с чистым от старческих морщин открытым лицом и белой аккуратной бородой:
— А не желаешь ли, милок, выменять у меня кой чего на 'ночную звезду' и 'аккумулятор'?