Я хорошо чувствовал — получившийся мутаген-победитель стал многократно сильнее, чем был изначально, причём, он готов и дальше служить мне как ценный симбионт, но доверия к нему не было ни на грош. Стоит только уснуть, и он вполне сможет взять верх. Потому приказным порядком вывел его из своего организма, уплотнив и сконцентрировав, после чего поместил в баночку с герметичной крышкой из-под алхимического стимулятора, убрав ту в надёжный кейс. Бодрствовать дальше не оставалось сил, утолив снова пробудившийся голод, завалился спать в дальний угол. И только проснувшись, понял — я банально разучился ходить.
Поднявшись на ноги и сделав шаг, обнаружил себя на грязном бетонном полу. Моё подземное обиталище крепко провоняло нечистотами и тухлятиной. Труп снорка начал разлагаться, а я не имел физической возможности выкинуть его в аномалии. Да и сам загадил тут все углы. Совесть меня, конечно, немного покусала, но отстала, а вот с перемещением в пространстве возникли большие сложности.
После коротких размышлений и парочки проверок я убедился — банально слетели все наработанные с самого детства телесные рефлексы. Мутаген сильно изменил мышечную, костную и нервную ткань, заметно укрепив и усилив их. Теперь стало ясно, почему снорки предпочитают перемещаться исключительно на четвереньках. Они просто забыли, как нужно ходить на двух ногах и принимают наиболее устойчивое положение. Жрать-то им хочется, по себе знаю. Но брать с них пример крайне глупая затея, я всё же остался человеком, а не превратился в монстра.
Сняв с себя одежду, внимательно осмотрел тело. Изменения присутствовали, но примерно такие, какие получаются после года активной работы в качалке. Мышечная масса чуточку прибавилась, сами мышцы приобрели выраженный рельеф, и на этом всё. Ни когтей на пальцах, ни клыков во рту. Волосы тоже на месте. И силы реально прибавилось, причём заметно больше, чем выросло мышц. Легко, практически без напряжения, свернул в дугу обломок строительной арматуры, даже забыв изумиться.
Руки, кстати, тоже потеряли привычную ловкость, и теперь потребуется время на восстановление мелкой моторики. Я даже оружием нормально воспользоваться теперь не смогу. Мозги всё помнят и даже всё понимают, а вот тело отказывается воспроизводить команды точно. Только специально сконцентрировавшись на сознательных действиях, медленно и печально удаётся чего-то сделать. В младенчестве мы все были такими неуклюжими. Но Зона особых скидок на потерю телесных рефлексов мне вряд ли предоставит, потому подключив оба потока сознания, стал восстанавливать самый минимум, чтобы хоть как-то добраться до дома.
Более-менее нормально ходить я стал только на вторые сутки упорных тренировок. Ещё требовалось привыкнуть к аномальной силе мутанта, и вообще стараться двигаться как можно аккуратнее. Еда закончилась совсем, а я понимал — перестройка организма ещё продолжается, и голодать сейчас весьма вредно, потому перед началом очередного выброса поспешил в сторону электрического поля. Скорое приближение выброса я явственно чувствовал, как старики чувствуют изменение погоды. Снорки от выброса, кстати, тоже прячутся, на них он плохо влияет, но я решил рискнуть. Договорённости ведь нужно соблюдать, независимо от собственного состояния. Перемещаться могу — уже хорошо.
Снаружи яркий солнечный день и отчётливо пахнет близкой весной. Пройдёт ещё неделя или две, и от снега останутся только редкие воспоминания в тёмных местах. Развернувшееся ментальное чутьё помогало обнаруживать потенциальных врагов, заметил лишь три спешащих в сторону основной бандитской базы грузовика с народом в кузовах, видимо охрана перед выбросом покинула дежурные блокпосты, так как вырытые около них землянки оказались ненадёжными укрытиями. Но это же значило, что грузовики метнутся обратно сразу по окончанию выброса.
Первая подозрительно сильная волна накрыла небо и землю, когда до поля мне было идти… скорее медленно ползти, ещё больше километра. На ногах ведь стою ещё весьма слабо, сознанием контролируя каждое усилие. Чуть отвлечёшься и уже валяешься бревном на земле. Руки ведь тоже как у паралитика. Послушав голос интуиции, решил упасть в снег и ждать завершения светопреставления. Будь я с нормальными рефлексами, скорее поддался зову азарта, рванув в сторону камней за очередным кусочком новорожденных 'маминых бус'.