Работой оказалось целая большая коробка неисправных 'Велесов' и военный ноутбук в крепком металлическом корпусе. К ноутбуку прилагалась записка со слёзной просьбой хоть как-то восстановить информацию на встроенном жестком диске, погибшем в процессе каких-то особенно важных научных исследований. В комплект приложили ещё четыре полностью аналогичных диска, с припиской, что замена платы контроллера эффекта не даёт, и пароля для входа в систему, если у меня действительно получится сотворить чудо.
А ведь восстановлением данных с убитых винтов мне приходилось заниматься. Не часто, на профессиональной основе, а так, от случая к случаю. И для такой работы нужен комплект специального оборудования, которого, к сожалению, в наследстве Шурупа не нашлось. Возможно, стоит запросить у Сидоровича, пусть закажет, вдруг здесь такое имеется, но верится в это откровенно слабовато. Учёные наверняка бы и сами смогли разобраться без привлечения сторонних специалистов. Или вообще на Большую Землю отправили. Наверняка на диске остались какие-то важные секреты. Мутное дело.
'Ну, положимся на удачу', - тихо хмыкнул себе под нос, доставая дохлый жесткий диск из специальной экранирующей и виброзащитной коробки, подавая на него внешнее питание. Шик-шик… шик-шик, и так по кругу без остановки. Другого шума нет, двигатель нормально раскрутился, только вот головки не могут поймать начальную дорожку на блинах, мотаясь туда-сюда. Самый распространённый дефект на современных жестких дисках, в своей основе имеющий великое множество причин. Чаще всего выходят из строя сами головки, вернее — одна из них или же интегрированная в блок головок микросхема коммутатора.
Поменять головки можно только одним блоком, взяв их с аналогичного диска близкой ревизии. Желательно чтобы и дата изготовления у донора была как можно ближе. Дело осложняется тем, что даже у дисков из одной упаковочной коробки эти блоки головок плохо совместимы, на заводе-изготовителе создают адаптированный друг под друга комплект из блинов и головок, прописывая особые программные адаптанты в управляющую электронику. И вытягивание информации с блинов при сдохших головках превращается в совершенно непредсказуемое занятие, требующее от мастера высочайшей квалификации. Я хорошо понимаю обслугу учёных, они грамотно отказались от такой работы.
Конечно, с помощью нескольких дисков-доноров, перебирая их блоки головок, есть шанс попасть на удачное сочетание. Будь у меня тут 'чистая комната' с воздухом без пыли, начал бы именно с перебора, но чего нема — того нема. Когда обрету чуть большую уверенность в успехе операции пересадки, возьму хорошо электризующийся упаковочный пакет и стану ковырять диск в нём. За счёт электризации пакет притянет из воздуха к себе приличную часть пыли. Это, конечно, не гарантия её полного отсутствия, но всё же.
В итоге, попытка поднять информацию, растянулась у меня на целую неделю. Сон — работа, быстрый перекус — работа, сортир — снова работа и уже пора спать, ибо глаза сами закрываются. Даже наружу перестал вылезать. Потребовалось разобрать и детально изучить микрокод жесткого диска, благо его удалось считать, и написать простенькую программу для перекидывания части программных адаптантов с одной управляющей электроники на другую, чтобы приживить блок головок с донора. Без этого о каком-либо успехе и думать нечего было. Попытку устроить перебор с имевшихся однотипных доноров я отложил на самый крайний случай. Слишком опасно для информации на блинах.
От мерцающих компьютерных экранов у меня болели глаза, а в голове образовалась такая знатная каша. Многое пришлось вспоминать, а кое-что и вовсе додумывать. Пару раз хотел вообще всё бросить, объявив, что эта работа выше моих сил, но упорство заставляло собрать мысли и волю в одну кучку и продолжать ковыряться дальше. Есть в моём характере такая черта. Бывало возился днями с чем-то напролёт себе в убыток лишь ради одного морального удовлетворения от того, что я всё же смог победить очередной подлый дефект. Основные усилия ушли на изучение программ и собственное программирование. Многое успел хорошенько подзабыть, иначе бы и за день справился.
Когда у меня получилось разобраться с микроконтроллером, я наконец-то облегчённо вздохнул. Дальнейшая работа была проста, а главное — понятна. Хотя и она требовала высокой квалификации и большой осторожности. Пересадка блока головок с одного жесткого диска на другой конечно проще, чем хирургическая операция на сердце, но с кривыми руками туда лучше не лезть. В конечном итоге столь ценный носитель информации удачно запустился, и я успел снять с него полный информационный образ до того момента как он опять сдох.