- Ты действительно нечто! Это было больно! Я никогда не думал, что даже после прорыва в сферу темного полководца не смогу сравняться с тобой! Что ж, тогда позволь и мне немного похвастаться силой!
Мо Дзе выставил кулаки вперед, встав в боевую стойку. Он собирался использовать свой родной стиль железного кулака, который был создан в его клане. Раньше этот стиль мог заставить других бесов с уважением смотреть на мастера освоившего его, но во внешнем мире, вдали от клана он уже осознал, что его гордый железный кулак далеко не то, чем можно гордиться. Вот только у него теперь есть несколько карт в рукаве, которые могут дополнить и улучшить стиль.
Мо Дзе направил энергию в руки, и они снова начали меняться, и кожа беса стала похожа на металл. Видя весь процесс, Голдстоун внезапно заметил, что на руках Мо Дзе есть наручи. Они не обладают собственной аурой, так как являются обыкновенной вещицей, но в них был вставлен сверкающий камень и вот он заставлял наемника чувствовать, что здесь творится что-то неладное. Именно тогда в его голову пришла одна мысль:
- Руна?
Мо Дзе кивнул:
- Руна металлической кожи!
Вот оно как. Наемник, наконец, понял, почему его клинок не мог оставить ни одной кровавой раны на теле врага, и даже раньше его броня получала урон.
Но внезапно, размышления наемника прекратились, так как он снова обнаружил изменения в противнике. Руки Мо Дзе, которые отливали серебристым блеском внезапно стали излучать золотистый свет и по всей его коже пошли золотые полосы. В этот момент грозная аура вырвалась из тела беса.
Голдстоун сделал шаг назад. Он чувствовал, как на него давила невидимая сила, будто гору взвалили на его плечи. Он слегка согнулся, но после активации своей энергии в полную силу он снова выпрямился и невидимое давление исчезло.
- Кулак трех сотен взрывов!
Когда прозвучал гордый спокойный голос беса, Голдстоун внезапно услышал гул. Пространство вибрировало и тряслось, его дрожь передалась в землю, и вскоре гул стал невыносимо сильным. Мо Дзе стремительно накладывал взрывную волну на взрывную волну и увеличивал силу новой атаки. Его кулак уже сверкал безграничной мощью. Мо Дзе все еще накапливал силу, но вместе с этим пришла и боль. Его энергетические каналы едва держались. Его плоть, которая оказалась слабее стала разрушаться и вся правая рука беса покрылась трещинами.
Голдстоун видя такую страшную сцену, принял решение атаковать как можно скорее, на случай если он успеет остановить атаку противника до того, как она будет завершена. В таком случае бес обязательно пострадает, так как накопленную для атаки силу все равно нужно выпустить, но из-за нарушения навыка эта сила не обязательно пойдет по пути наименьшего сопротивления наружу, она может развернуться и вызвать смертельный резонанс внутри жертвы, разрушая его органы, которые имели самую маленькую защиту из всех возможных.
Мо Дзе смотрел на то, как враг мчится к нему. Его кулак дрожал. Еще немного и разрушительная сила выйдет из-под контроля. Еще чуть-чуть. Враг уже появился перед ним и вот оно. Атака беса была готова, он начал. Его кулак с ревом монстра и дрожью, которая передавалась по всему его телу, вырвался вперед навстречу костяному мечу.
Взрыв. Двух противников отбросило на десятки метров. Даже Голдстоун был отброшен так, что его тело вскоре пропахало землю и оказалось покрытым трещинами и кровью. Напротив него был бес. Мо Дзе врезался в здание и был погружен в него, а затем часть стены рухнула, накрыв его.
Рядом с этим место прогремел еще один взрыв. Клетка из лиан разрушилась и оттуда вылетел человек. Он был покрыт кровью с ног до головы. Его одежда была разорвана, а кожа покрыта множеством глубоких ран. Это был Фолкер, с которым сражалась Нера. Раньше он высокомерно издевался над ними, но теперь он с трудом мог дышать. Вскоре перед ним появилась девушка. Это была Нера. В её руках был деревянный меч.
Фолкер с ужасом в глазах посмотрел на девушку перед ним, и казалось, будто просил у неё пощады. Но его тело было настолько поврежденным, что он не мог выговорить ни слова. Нера глядела на него все тем же холодным взглядом и молящий взгляд противника не смог пронять её. Она подняла руку, и в тот же миг деревянный меч вонзился в сердце врага. Она закончила. После этого её уставший взгляд, наконец, смягчился, и она присела на деревянную лавочку из лиан и корней, которые в этот миг появились у неё за спиной.
Когда на поле боя должен был воцариться мир и тишина, все было разрушено яростным криком:
- Чертова букашка. Как ты посмел меня ранить? Я уничтожу тебя, я разорву тебя на части и скормлю их животным.