– Эля, смотри, что за дивный венок у меня получился! – Яра звонко да заразительно хохотала, кружась в пёстром венке и заливая нашу купальскую поляну искренней радостью. И я была ей очень благодарна, что отвлекла меня от тяжких дум.
Залюбовалась сестрёнкой – венок ведь правда дивно смотрелся, делая Яру ещё краше. Теперь чудилось, будто её зелёные, искрящиеся восторгом, глаза стали ещё ярке, щёчки – румянее, а кожа – белее. А длинная белоснежная рубаха без вышивки добавляла Яре чистоты, хрупкости да изящной манкости. А ведь ей ещё только одиннадцать.
– Ты самая настоящая красавица, Яра! – искренне восхитилась сестричкой и добавила: – Скоро от женихов отбоя не будет!
– Я прежде тебя замуж не пойду, Эля! – искренне ответила сестрёнка, улыбаясь.
– Лучше не зарекайся, Яра. Жизнь всё расставит на свои места, – я ей добродушно улыбалась, ведь не хотела, чтобы сестрёнка пропустила свою судьбу из-за того, что никто мне не мил…
Яра побежала крутиться перед бабушкой, а я ещё вплела в свой венок пшеницу, ячмень да рожь, дабы урожай у нас был хорош, а после ещё добавила целебных травок, ведь Здравие во все времена было важным и ценилось.
Солнышко медленно опускалось, золотя верхушки сосен и деревьев в нашем лесочке.
Папа добывал «живой» огонь трением двух сухих деревяшек друг о друга, как и положено. Согласно поверьям, это должен делать старейшина деревни, но сколько себя помню, на Купало мы всегда собирались только своей семьёй. Ранее огонь добывали у нас дедушки по очереди через год, а теперь пришёл папин черёд…
Знаю, что надлежит всем поселением праздновать Купало да при всех прыгать через костёр. Так девицы и женщины, помимо очищения и оздоровления, ещё показывают, что не ведьмы они. Про нас с бабушкой в поселении и так все всё знают, посему и доказывать нам обратное смысла нет. Главное ведь зла не творить. А ещё мы с бабушкой знаем, что подсылают за нами подглядывать, дабы убедиться, что и мы через костёр прыгаем, не теряя свой прежний облик.
И смешно, и плакать хочется одновременно от глупости людской… Но потихоньку мы с ней всё же свыклись…
Свои венки с Ярой мы не стали пускать на воду, ведь замуж ни я, ни она не собирались. Мне уже хоть и почти семнадцать – да нет любого мне в нашем селении, а Яре пока ещё только одиннадцать – рано ей ещё о замужестве думать, созреть прежде надобно.
Наш купальский костёр быстро разгорался – и папа зажёг от него ещё один костёр, что был собран из всего старого да отжившего.
«Огонь старое забирает – дорогу новому да доброму освобождает», – я, бабушка, мама и Яра делали наговор да водили хоровод вокруг костра со старыми вещами и оберегами. В этот день я всегда чувствовала лёгкость, открытие новых путей, а после и наполнение.
Я чувствовала, что всем нам хорошо в нашем уютном семейном кругу, хоть и не хватает дедушек и бабушки Фаи. Я понимала, что их уже не вернуть, поэтому очень хотела, чтобы хотя бы мы впятером собирались на Купало ещё много лет…
После хоровода да наговоров мы понесли подарочки местной нежити: русалкам – гребешки из дерева, что сотворил папа своими руками, для мавок мы с Ярой и бабушкой делали бусы да браслеты из самоцветов, деревянных бусин да ивовых веточек, а для Лешего мёд принесли в небольшой резной кадке, папиной выделки. Про угощения тоже припомнили – лакомиться ведь все любят, посему оставили мы им возле подарочков и пирожки на тонких вышитых салфетках да налили молока в деревянные чашки. Всё делалось своими руками – во все века такие подарки ценились больше всего, а тем паче, у нежити. А в мире с ними жить да проказ от них не знать – великий дар. А мне с бабушкой они всегда ещё и помогают…
После мы грели пирожки для себя на «чистом» костре, что был собран просто из ветвей. Всё старое да изжившее тем временем перегорало во втором костре – неподалёку с этим.
Всем нравились пышные да ароматные пирожки с лёгким приятным дымком, напитанные нашей любовью да магией купальской ночи. Сегодня они казались особенно вкусными да сочными – и будто сами таяли во рту. Мы запивали их фруктово-ягодным напитком со свежим янтарным мёдом, искрящимся в отблесках пламени. Он пах полевыми цветами и радостью солнечных деньков, наполнял Силами и энергиями, но в то же время даровал спокойствие.