Выздоровления Элены мне лекари не обещали. Как не обещали, что она вообще выжить сможет. Обещали лишь делать всё, что в их силах. Да я и сам всё понимал да видел бледную, едва живую девицу… Надеялся лишь на чудо да отчаянно верил в него…
Добрались мы до нашего княжества – выдохнуть бы да порадоваться, что с первой частью справились – вот только ни радости, ни даже спокойствия у меня нынче нет…
Тихо захожу в полумрак покоев, в которых нынче «спит» Элена. Распорядился, дабы подготовили для неё самые лучшие – для важных да дорогих гостей. Да главное для меня, что подле моих они – иначе не смогу я.
С двух сторон огромного ложа стоят канделябры с горящими свечами с лечебными благовониями. Раз лекари так решили, значит, обязательно помогут.
Сам же отворяю шире окна – воздух нынче приятно тёплый, в окошко заглядывает убывающий серпик луны, оставляя серебристую дорожку на деревянном паркете с замысловатыми узорами. Слышится тихий шум волн…
Вдыхаю родной морской воздух полной грудью… С детства мне твердили, что лечебный он… Да и Природа у нас здесь дивная – быстро на ноги ставит… И Элену тоже поставит… И Природа, и Силы её помогут… и моя любовь…
Представляю, как здоровая счастливая Элена подходит к окну да радостно дивится чудесному виду, в котором собралось всё богатство Природы: и бескрайнее море, и могучие горы, и деревья, цветы да травы разные… А какое звёздное небо здесь бывает, а какие облачка чудные… Закаты да восходы…
«Только живи, любимая», – шепчу, всматриваясь в закрытые очи, лаская взглядом бледную полупрозрачную кожу…
«Я буду рядом… Всегда буду рядом с тобой… Мы справимся, Элена. Со всем обязательно справимся. Только живи…» – шепчу да нежно глажу шелковистую косу, что отливает золотом, а после наклоняюсь к любимой, долго смотрю на безмятежное личико. Сердце колотится неистово, а в груди жжёт до умопомрачения… Ведаю, что нынче не имею права прикасаться к ней… В этой жизни ещё не имею… Да всё равно сдержать себя не получается – склоняюсь над ней и трепетно, невесомо целую бледный височек… Всматриваюсь в любимое личико – даже веки не дрогнули…
«Элена… – сипло шепчу. – Любимая, очнись… Прошу тебя…»
В груди печёт и Душа вырывается из тела – тянется к родной Душе… Вот только Элена по-прежнему едва дышит и даже не шелохнётся…
Тяжело вздыхаю, закрывая глаза…
Сегодня больше ничего не хочу… Обмоюсь здесь в купальне и прилягу неподалёку на диванчике, дабы видеть Элену…
33 Виктор
С каждым днём раны Элены затягивались всё лучше, словно ей, правда, помогает неведомая Сила… нечеловеческая… Лекари сему дивились да всё же не могли понять, почему она в себя не приходит – будто спит глубоким непробудным сном и даже зрачки не реагируют на свет… Кожа по-прежнему бледная и видно, что девица продолжает худеть.
Лекари хотели попробовать покормить Элену перетёртыми через сито жидкими молочными кашами через каучуковую трубку, да так и не решились, ведь даже дыхание у неё едва ощутимое, посему пока отложили сию затею, дабы не навредить. Все понимали, что ей важно очнуться – тогда и на ноги она быстрее встанет, ведь сможет самостоятельно питаться.
Государственные дела требовали от меня постоянного внимания да присутствия, но я всё равно находил возможность наведываться к Элене днём, а ночи проводил в её покоях на диванчике. Прислушивался к дыханию, старался расслышать хоть лёгкое шевеление… хоть какой-то новый признак жизни…
Гладил её шелковистую «золотую» косу, височек и щёчку, повторяя, что люблю её, всегда буду рядом, что она обязательно выздоровеет и у нас получится быть вместе. Отчаянно цеплялся за неё своими мыслями, надеясь, что удержу её в Мире Живых, не дав переступить черту…