— Она всегда остается молодой, — продолжал возница. — И сгубила уже трех своих мужей. Все ее подчиненные в ежовых рукавицах и ходят по струнке. Люди поговаривают, что она таскает у них младенцев и пьет их кровь.
Тут я не сдержалась и фыркнула. Мужчина охотно замолчал, демонстративно отвернулся. В питье крови младенцев селяне и магов регулярно обвиняли. Я готовилась к худшему, но надеялась, что эта женщина окажется крайне интересной личностью. И, что самое главное, обеспечит мне насыщенную практику.
***
Имение баронессы однозначно отличалось вкусом. Я ни на миг не разбиралась в архитектуре, но здание впереди говорило само за себя. Каждый куст, каждый куст роз, казалось, каждая травинка во дворе продуманна и размещена на своем месте за точным планом.
К моменту, как возница остановился, дверь отворилась, а кто-то из служащих протянул мне руку, дождь прекратился. Капли воды весело поблескивали с цветов, когда на них попадали солнечные лучи. Я успела только схватить свою сумку и шагнуть на землю, как возница резво погнал коней к выходу.
Мои волосы высохли не в самом удачном положении. Если бы это сейчас увидел Кай, он бы точно вопил про презентабельность. Хорошо, что его тут не было.
Баронесса вышла — скорее выплыла — из дома. Если я хоть немного помнила этикет, она уж точно не обязана меня встречать на входе в дом. И если я хотела этого этикета придерживаться, мне точно стоило удержать свою челюсть на месте.
Баронесса казалась самой красивой женщиной, что я видела за жизнь. Если бы я не была магом и верила в богов, я бы назвала ее богиней. Черные волосы завивались в идеальные волны, на солнце переливаясь. Походка легкая, нечеловеческая. Баронесса держалась так, будто у нее на ладони лежал весь мир. Платье, черное с желтыми акцентами, сидело, как вторая кожа. Я не завидовала, но слегка восхищалась. Когда она шла, все расплывались в поклоне.
Когда баронесса Аргонская сократила между нами расстояние, я сдержанно кивнула. Ее поданные могли бить поклоны, но я нужна ей для работы.
Баронесса кивнула в ответ и расплылась в убийственной улыбке — не то коварной, не то дружелюбной. Эмоции этой женщины считывать представлялось невозможным. Она подхватила меня под локоть и медленно повела ко входу в имение. Признаю, несмотря на безмерные повторения Анта о том, как важно всегда быть начеку, это застало меня врасплох.
— Скажи Рия, — промурлыкала она, — это правда, что на эту практику вам дали возможность выбирать работу?
Я ограничилась кивком.
— И ты выбрала эту работу, с пугающей кровожадной женщиной и неизвестным заданием? Почему? — с искренним интересом спросила она.
— Я целитель, как бы мне это не нравилось. Практика у целителей сводиться к лечению, а ковыряться в больных зубах у людей и по десять раз на день чинить поломанные руки — не самое интересное занятие, поверьте мне.
Баронесса позволяла себе фамильярности и вела себя довольно свободно. Я решила, что повторять ее манеру поведения будет не таким уж и фатальным решением.
— Кстати говоря, про неизвестное задание…
Баронесса махнула рукой.
— Я покажу. И будем надеяться, ты будешь знать, как с этим справиться, — сладкую угрозу в ее голосе невозможно не заметить. — Но для начала тебе стоит сменить одежду с дороги. Нас ждет чай.
То, как эта женщина перескакивала с дружественного отношения до угроз, и до аристократического этикета меня поражало больше всего. Что она из себя представляла и чего стоили ее угрозы мне еще предстояло узнать, и пока эта загадка меня безмерно интриговала.
Внутри дом пестрил деталями. Настолько тщательно подобранными, что у меня даже не зарябило от них в глазах. Служанка, которая вела меня к комнате, оказалась крайне энергичной. Не болтливой — она молчала всю дорогу. Но девушка улыбалась каждому, кого встречала по дороге. От нее разливалась энергия, и не магическая. Просто она была заразительно счастливой.
Пока мне всё нравилось. Помимо той части, где никто не хотел сообщать о сути работы. Возможно, если верить слухам, настоящие проблемы ждали впереди. В своих покоях я переоделась, не пустив служанку помогать. Просто потому, что помогать было не с чем. Я по возможности почистила от дорожной грязи штаны, умылась водой и натянула чистую рубаху. Вряд ли баронесса предпочла бы, чтоб с ее таинственной задачей разбирался маг в неудобном платье.
Сама баронесса ждала на балконе. По перилам тут пустилась цветущая лоза, а сверху расположились глиняные вазоны с яркими цветами. Разливался сладкий аромат. Баронесса махнула мне на стул рядом с ней. Отпуская служанку, она придержала ее за руку и что-то шепнула. Жест казался скорее дружелюбным. Я бы и могла подумать, что легенды об этой женщине оказались обманчивыми, но недавняя угроза в ее голосе до сих пор звенела в голове.
Когда служанка куда-то упорхнула, баронесса обратила свое внимание на меня. Она приятно улыбалась, пока наливала нам чай. Я лихорадочно выстраивала у себя в голове страницы из учебника по этикету, но они безжалостно ускользали. Правильно ли то, что баронесса сама наливала чай? Еще немного помучавшись, я заставила себя успокоиться. Главное, что от мага требовалось — хорошо выполненная работа, а не идеально заученный этикет.
Баронесса размеренно пила чай. Она не произнесла ни слова. Я хотела обратиться к ней уже давно, но не могла вспомнить, как и куда нужно приписывать титул в обращении. Главное работа, Рия.
— Мое задание… — всё, что я успела выдавить.
— Я покажу, — все с таким же размеренным спокойствием повторила баронесса. — Это можно застать только ночью.
Такое заявление успешно привлекло мое внимание. Исключительно ночью можно застать много вещей. Крайне малая часть из них могла похвастаться безобидностью.
— Ваше имение просто пышет жизнью, — с нотками удивления сказала я после паузы.
— Ох, — улыбнулась женщина в ответ. Это была ухмылка или радость? — Без рек из крови, украденных детей и мертвых слуг? Что же еще люди говорят…
Баронесса скорее забавлялась, но я не могла представить, что ее устраивали такие слухи.
— Убитые мужья? — добавила я раньше, чем успела прикусить язык.
— В каждой шутке есть доля правды, — теперь совсем открыто, с очарованием улыбнулась она.
***
Баронесса вела меня по своей территории. Мы отошли от имения, свет остался только от молодой луны и звезд. Темнота меня не пугала. А вот то, что хрупкая с виду баронесса не взяла с собой стражу — пугало. Она была магом? Или так доверяла малознакомой практикантке? У этой уверенности существовала причина, и невозможность до нее докопаться меня съедала.
Баронесса вышагивала впереди, пока ее вечернее, легкое платье развивалось в разные стороны. Я поежилась от холодного ветра и закуталась в плащ. Мы остановились на холме. Внизу раскинулось поле. Где-то вдалеке проглядывался свет от деревни.
Баронесса повернулась ко мне.
— Ты умеешь зажигать свет?
Я вытянула вперед руку и сформировала огонек. Вырывать — или просить, тут уж кто как умел, — энергию из природы это одно из самых примитивных, но от того не менее эффективных, применений магии. Баронесса кивнула на поле, и я отправила пламя туда.
Желтый мягкий свет отразился на листьях растений. Их выращивали в этой части королевства, но мне они не попадались. Что-то сахарное, если не изменяет память. Что-то, что наверняка продавалось втридорога.
Как прочитав мои мысли, баронесса, горько улыбнувшись, сказала:
— Это общие сельские посевы. А теперь смотри, — она протянула вперед руку.
Мой огонек был далек от идеального — с пламенем мы никогда не дружили, — но даже при таком свете я видела, что что-то пошло не так. Молодые стебли растений начали скручиваться, волной припадая к земле. Их цвет менялся з насыщенного зеленого на черный. Вскоре поле покрывала куча пепла. И, несмотря на то, что растения у нас на глазах иссохли, на холм доносился тухлый запах гнили.