— Мужья, — отозвалась она. — Слухи про них — правда, — сказала баронесса. Я решила не уточнять, какие именно слухи. — И я живу уже больше ста лет.
Вот тут я с интересом подалась вперед. Какая-то магия, о которой я никогда не слышала? Но от баронессы Силой не веет.
— Не надейся, — осадила она меня. — Не расскажу. Просто не успею, тебе уезжать скоро. Это наши семейные… методы, они отличаются от вашей магии. Но, — продолжала она, — в благодарность тому, что ты защитила моих людей, я бы хотела тебе кое-что дать.
Она протянула амулет. Белый, из сплошной, выгнутой штуки… подозрительно похожей на странную тонкую кость.
— Это один из древних артефактов моей семьи. Я не могу объяснить, как он работает — эти знания уже давно затерялись, но могу посоветовать не снимать его. Тебе точно пригодится.
Амулет я взяла, каким бы странным он не казался. Моя интуиция не подвела в начале этой практики, поэтому я решила довериться ей и сейчас.
По дороге обратно, я наблюдала за своим пленником. Но учитывая, что он проспал большую часть времени, периодически просыпаясь, только чтобы постонать, в основном я думала. За окном забарабанил дождь, убаюкивая. Странная магия баронессы меня однозначно интересовала. Более ритуальная, как переходной мост между обычными людьми и магами, она порождала много вопросов и крайне мало ответов. Но это не она сейчас не давала мне покоя.
Что-то не сходилось, но я не могла понять что. Мысли скакали от обрывков разговоров до вещей, которые я успела увидеть. И все же, каждый раз я упускала что-то очень важное — чувствовала это в своих костях и ничего не могла сделать.
Мы добрались до Школы. Я сдала мага магистру, чтоб он его пытал, как только вздумается — парень успел выесть мой мозг по дороге своими завываниями. Пересказывая магистру все события, я вдалась в детали, старалась ничего не упустить, в надежде, что хоть он поймет, что меня так беспокоило. Магистр Оран покивал, выслушал, вручил часть денег за работу и с задумчивым видом ушел. Пленного мага увели насильно и его крики проникали в голову, мешая думать.
Тара еще не вернулась. Ант тоже. Похоже, я закончила практику одной из первых.
На следующий день мысли всё еще не хотели собираться, а навязчивая идея о том, что что-то не в порядке, не покидала голову. Вокруг летали еще более навязчивые мухи. Жужжали, отвлекали похуже вчерашних криков. И, как на зло, заклинание, которое их убивало, я забыла и никак не могла вспомнить.
Я не спала ночь. Мухи летали кругами, куда бы я не пошла. А все знакомые, с которыми можно бы поделиться тем, что я схожу с ума, еще не вернулись. Коридоры пустовали. Я ходила взад-вперед по ним, пытаясь собрать мысли, но с каждой попыткой хаос в голове усугублялся.
Первой, спустя дней так пять, мне встретилась Макка. Еще после случая в лесу год назад мы друг друга невзлюбили. Когда она меня увидела, то остановилась, выпучила глаза, рассмотрела с ног до головы и ласково так, приторно сказала:
— Рия, у тебя все в порядке, может, чем-то помочь?
Я помотала головой, не сподобившись придумать едкий ответ. Муха села на лицо и я раздражено встряхнулась и прихлопнула ее. Макка посмотрела на это совсем ошалевшими глазами. Не поворачиваясь ко мне спиной, пока не дошла до своей двери, она медленно ретировалась. Странная какая-то.
Так я и думала, что проблема в Макке, пока не наткнулась на зеркало. Мой вид оставлял желать лучшего. Откровенней говоря, я сама себя испугалась. Растрепанные, похожие на гнездо, волосы. Синяки под глазами, подозрительно напоминающие гематомы. Еще более бледная кожа, хотя, казалось, куда бледнее? И, как вишенка на торте — сумасшедший взгляд. Я зевнула. Одна из мух, преследующих меня, врезалась в зеркало и мерзко зажужжала. Мне нужна была помощь.
Вернувшись в комнату, я обнаружила там пожитки Тары. Оставалось всего-то ее дождаться, выложить проблему и надеяться, что вдвоем мы что-то придумаем.
Вот только Тара всё не приходила и не приходила, а мух становилось больше. Когда сбоку послышался шорох, я не видела ничего и никого, кроме кучи насекомых. И слышала только противную симфонию из жужжания разных тонаций. Через нашу комнату всегда кто-то ходил, так что увидеть Тару я не надеялась. Может, этот кто-то знает заклинание от мух. Их стало так много, и они меня облепили, что пошевелиться не получалось. Шаги слышались уже с двух сторон. Я сошла с ума.
— Рия? Боги, что с тобой? — мужской голос. Ант? Он никогда не упоминал богов, дела должны быть плохи.
— Что с ней? — женский, который говорил во снах и мешал мне спать. Тара! Она вцепилась в меня своими маленькими ручонками и потрясла.
— Понятия не имею, — ответил Ант. Отчаянье в его голосе ни на что хорошее не намекало.
— Мухи, — мне удалось выдавить. А потом они забрались в рот, дышать стало невероятно сложно. Ползли по глотке…
Голосов друзей я больше не слышала. Кто-то подхватил меня на руки и быстрыми скачками понесся куда-то. Каждый шаг отзывался головной болью.
— …мухи! — донеслось до меня, когда мы остановились.
Хоть кто-то! Мерзкое насекомое неудачно заползло и дышать было уже не сложно. Просто невозможно. Воцарилась темнота.
Возвращаться к свету мне не понравилось. Тело болело, как после рекордно длинной пробежки. Ужасно хотелось спать. А сверху нависало лицо магистра. Зрение прояснилось, но толку в тот момент от него было мало.
— Ты сейчас перечислишь мне всё, что произошло за практику и сама найдешь свою ошибку, — сказал он так спокойно, что мне стало страшно.
Я перечислила. И приезд к баронессе, и дорогу, и то, как меня встречали, и каждый диалог, так тщательно, как только могла вспомнить. Дошла до нашего маленького сражения. Перечислила все важные детали. Магистр, Ант и Тара слушали внимательно, я слушала себя тоже. Проблема проявила себя, когда рассказ закончился, а ответов не нашлось.
Тогда магистр заставил меня повторить весь рассказ заново, напрягаясь и вспоминая подробности. Я разобрала вслух все заклинания, о которых слышала или могла догадаться, которые могли такое сотворить. Саму битву, с каждый движением, перечислила три раза. Тара и Ант, вынужденно выслушивали всё это, и выглядели так, будто сами уже мечтали меня прикончить.
Пересказывая практику от начала до конца в четвертый или пятый раз, я запнулась.
— Бабка какая-то говорила, какой-то Тарх… Турун… мужик какой-то, в общем, за кем-то бегал. Не помню, что он делал. А потом всю семью прирезал. Я подумала, какой-то сумасшедший, но вдруг…
Мысль я не закончила, но магистр ободряюще покивал. У Анта и Тара в голове крутились шестеренки. Когда тишина затянулась, магистр Оран сжалился, если это можно так назвать.
— А тебе никогда не приходило в голову, Рия, — вкрадчиво сказал он, — что недоучи могут знать что-то, что ты не знаешь? Что, скажем, чтобы получить в руки старые заклинания — контроль разума, например, — необязательно досконально разбираться в структуре энергии?
— И что не стоит недооценивать противников, да-да, — добавила я, чтобы сберечь магистру время.
Хотелось язвить. Я понимала, что облажалась. Поставила под угрозу свою жизнь, а не чужую, конечно, но, тем не менее, облажалась.
Магистр вскоре выставил нас из своего кабинета. Добавив, что мне очень повезло, что он оказался на территории Школы, потому что он единственный с такими типами связок работал. Тара быстро оттараторила про какого-то зверя, которого притащила с практики, и убежала его усмирять, пока тот не съел сторожей.
Остался только Ант. Он недобро прищурился. Я была безмерно благодарна что ему, что Таре за заботу, но выслушивать еще одну лекцию сегодня не хотелось. Не пришлось — Ант умудрился меня удивить.
— Тот парень, странный, блондинистый — вы встречаетесь? — спросил он.
Я не сразу нашлась с ответом. И, честно говоря, не сразу поняла, про кого он говорил.
— Он пират.
— Что это должно означать? — удивился уже Ант.