Заявление о разводе родителей Лёшка писал сам. Беззвучно плачущая Вера дрожащей рукой поставила подпись.
Четвёртый курс или школа выживания
***
Тот четвёртый курс стал страшной школой выживания для Алексея. Если бы его спросили, как он тогда выдержал, не сломался, да ещё при этом находил силы для учёбы, внятно ответить Лёшка бы не сумел. Но это был и самый счастливый его год. Пристроив Аню в школу, где подрабатывал учителем, Алексей через знакомых нашёл маленькую съёмную комнату. Устроился ночным сторожем, по выходным торговал книгами на лотке возле своего института, по вечерам в будни грузил книжки в Олимпийском. Денег всё равно не хватало. Вера не пила совсем, также отчаянно пыталась заработать. Торговала газетами, мыла подъезды, хваталась за любую возможность. После оплаты комнатушки и покупки необходимых для Ани вещей денег на еду почти не оставалось. Однажды пришлось просидеть на гречке целый месяц. Никогда впоследствии Алексей больше не смог себя заставить даже прикоснуться к этой омерзительной коричневой крупе. Вера похудела, но стала чаще смеяться. Солнечные лучики скользили по маленькой комнатушке, согревая сына и дочь.
Как-то раз, вернувшись после рабочего дня без денег (у него украли с лотка дорогую книжку и её стоимость удержали из зарплаты), Алексей увидел, как Вера кормит Аню мелко пошинкованной капустой, посыпанной солью. Больше из еды ничего в доме не было. Алексей сел на пол и завыл. Он пообещал себе заработать столько денег, чтобы его близкие никогда не знали нужды. Ни в чём.
***
До этого Алексей торговал всегда честно, никогда не завышая цен и не выкладывая свои книги, как учили его другие продавцы. Озверев от горя, он переступил через себя. Бизнес, как ни странно, пошёл в гору. У Лёшки оказалась странная способность предугадывать, на каких книгах можно было сделать деньги. Уже через пару месяцев он выкупил точку, на которой раньше работал продавцом. Меньше чем через полгода у него было шесть таких торговых точек. Со своими продавцами Алексей был жёстким, но справедливым. Платил очень высокую зарплату, но предупреждал о последствиях нарушений. С некоторыми из продавцов он остался дружен и впоследствии. Алексей научился давать взятки, общаться с крышей и милицией.
За сравнительно невысокую цену удалось снять квартиру в Реутово. Анна расцветала на глазах, по-детски радуясь каждой обновке.
Бизнес расширялся. Алексей дополнил книги канцтоварами. Вера во всём помогала сыну. Казалось, она помолодела, сбросив лет десять. Отца они не вспоминали никогда.
Четвёртый курс института Лёшка закончил с тройками, учась по остаточному принципу. Теперь, когда денег было в сравнительном достатке, катастрофически не хватало времени. Однако преподавание в школе из-за Ани он бросить не мог – директриса прозрачно намекнула о том, что будет с девочкой без московской прописки, если Алексей Иванович прекратит педагогическую деятельность. Менять школу Анюта отказалась категорически.
***
Проблем с противоположным полом у Алексея никогда не возникало. На первых курсах, в общежитии педагогического института, где на десять девчонок приходился один парень, Лёшка сполна успел вкусить прелесть мимолётного соития, однако по-настоящему так и не смог полюбить. Довольно красивый молчаливый студент пользовался успехом у первокурсниц, но близко к своему сердцу не подпускал.
Замотанный донельзя в последнее время, Алексей запретил себе думать о ком-либо, кроме матери и сестры. Плотские влечения были отодвинуты далеко.
С Аллой он познакомился в школе. Она была учительницей музыки, хорошо играла на рояле. Типичная серенькая мышка. Алексей знал, что нравится Алле, но на все её приглашения в гости отвечал отказом. Он судорожно зарабатывал деньги, понимая, что должен обеспечить будущее не только себе, но и двум своим любимым женщинам.
Алла не сдавалась. Она сблизилась с Анной. Девочка стала часто оставаться после школы в гостях у Аллы – благо та жила совсем рядом. Однажды, зайдя за сестрой к Алле домой, Алексей столкнулся с Ольгой Петровной – матерью Аллы. Как-то слишком пристально разглядывая его, женщина загадочно улыбалась. Её сальная улыбка вызвала в Алексее смутную брезгливость.
***
- Мам, а не пора ли тебе с Анькой отдохнуть? – в жаре июня плавилась асфальтовая Москва, голос Алексея звучал устало. – Я уже договорился с одногруппником – поедете в Сочи. Там у его родичей целый дом, сдадут недорого. Море, фрукты – Аньке радость.