— Только одно, но о-очень стойкое, — подмигнула я.
— И какое? — мурлыкнул демон.
— Я хочу любить тебя среди звезд! — воскликнула я.
— Согласен, — выдохнул Ормис, и за нашими спинами развернулись огромные крылья.
Счастливо рассмеявшись, я попробовала взмахнуть ими, воздушный поток легко подхватил меня, и я взлетела. Не спланировала, как это обычно делают вампиры, а взлетела по-настоящему.
— Догоняй! — крикнула я демону, с интересом рассматривавшему черные крылья, покрытые перьями, затем расправил их и, крикнув:
— Ты сумасшедшая! — взвился вслед за мной.
Это было потрясающее зрелище. Демон в белоснежной одежде, с развивающимися черными волосами, сверкающими чистым Светом глазами и огромными крыльями, оторвался от земли. Несколько неуверенных взмахов, но его талант к быстрой обучаемости сработал и в этот раз. И вот он уже стремительно приближается ко мне. Ветер играет перьями крыльев, на губах демона хищная улыбка… Я так засмотрелась, что забыла о желании пошалить и увильнуть в последний момент.
Его руки обхватили меня, вжимая в горячее тело, и мир перестал существовать. Платье полетело вниз, сорванное опытными руками, губы захватили в головокружительный плен, и дрожь предвкушение охватила меня. Непослушными пальцами я срывала с него одежду, стремясь избавиться от всех покровов, что мешали мне ощутить кожей его тело. Руки Ормиса скользили по моей спине, и я выгибалась, как кошка, тихо постанывая.
Я обхватила его бедра ногами, ощущая всю силу его желания, он рыкнул и впился губами в мою грудь. Сияние звезд, кружившихся вокруг нас, сводило с ума, лишало остатков терпения, заставляя требовать, чтобы он слился со мной, но демон терзал меня ласками, доводя до полного исступления. И когда мой голос охрип, он услышал мою мольбу, поймал губами мой стон и взмахнул крыльями. Он взмывал все выше и выше, унося нашу страсть в бесконечную черноту. И, достигнув немыслимой высоты, наши переплетенные тела понеслись вниз. Дыхание перехватило, крик застрял в горле, и небо взорвалось, разлетелось миллиардами новых звезд. Мое тело выгнулось, лишь сильные руки любимого удерживали меня. Он все целовал и целовал меня, а наслаждение продолжало накатывать бесконечными жаркими волнами.
— Я люблю тебя! — закричала я.
— Эли, — восторженно застонал Ормис, и наши наслаждения слились воедино, как наши тела, как наши сущности, как наши жизни…
Эпилог.
— Не могу больше! Я так больше не могу! Порву к архам, всех пятерых порву! — орала я, врываясь в большой каменный зал с кристальным, похожим на лед, полом.
За спиной трепетали крылья, клыки плотоядно щерились, острые когти так и ждали жертву, чтобы вцепиться ей в глотку. Позади меня зашуршали крылья, муж приземлился и обнял за плечи. Я невольно улыбнулась, и гнев немного снизил градус.
— Кто взбесил мое совершенство? — спросил он, разворачивая меня к себе, крыльев за его плечами уже не было.
— Ненавижу, — я вновь впала в ярость.
— А точней? — с добродушной насмешкой спросил Ормонд-Алаис Бриннэйн, Главный Судья мира Мрака.
— Демонов! — рявкнула я.
— Э-э-э, — протянул он. — Еще немного точней.
— Инкубов! — заорала я, и он быстро закрыл мне рот.
— Тс-с, любимая, тихо, — он засмеялся. — Та пятерка ответчиков?
— Да! — снова рявкнула я. — Они меня достали! Бесят, бесят, бесят!!!
— Соблазняли, — понял мой демон и усмехнулся. — Задушу, уродов.
— Лучше засуди их, любимый, — всхлипнула я и положила голову на плечо мужу. — Ты себе не представляешь, как это было ужасно.
Это я в точку. Представьте, пятеро красавцев с бархатными голосами, искушающими улыбками и такими взглядами, что начинаешь плавиться помимо воли… Если бы я была обычной женщиной. Но я же Пьющая кровь, которая сделала свой выбор, которая венчана Кровавой Луной, Вечностью и Пресветлой. Да меня воротит от их смазливых рож! Меня от всех мужчин воротит, которые пытаются флиртовать со мной! Порвала бы к архам и дело с концом, но не могу. К сожалению. Вторая Судья, как-никак, спасибо Вечному.
— Ты шипишь, — усмехнулся мой демон. — Сильно я их не могу засудить. Ламии тоже хороши, по ним же не определишь, кто они, пока не перекинутся. Бедные мужики повелись, а дамы в змей начали обращаться. Инкубы перенервничали, дом разнесли этим сектанткам. Только штраф. Ты и сама это знаешь. — Он нежно поцеловал меня и отступил в сторону. — Возвращайся к человеческому облику, скоро детей приведут.
— Лапочки мои, — вздохнула я и направилась к маленькой двери, где хранился набор новых платьев, на такие случаи. Уже почти скрывшись в комнатушке, я снова высунула оскаленную морду и выплеснула остатки ярости. — Они меня сначала по одному соблазняли, потом все вместе, представляешь? "Красавица, мы не виноватые, похлопочи", — передразнила я низших демонов.
— Да? — мой супруг задумчиво посмотрел на меня. — Переодевайся, счастье мое. Я ненадолго отлучусь.
— Только не до смерти! — крикнула я вслед и окончательно скрылась за дверью.
— Как получится, — услышала я ворчание Ормиса, и хмыкнула.
Вечный постарался, сильней, чем требует их вина, не получится. Все демонические замашки и моя кровожадность были взяты под контроль самим богом, после того, как в начале нашей судейской деятельности, мы чуть не сгубили двух зарвавшихся троллей прямо в зале суда. Я и от инкубов-то сбежала, потому что смогла только по физиономии всем пятерым надавать, а дальше все, стопор. Даже когти в ход не пустила.
А все от чего, от неподкупности и принципиальности моего супруга. Его за двадцать лет, чем только не пытались купить, как только не уговаривали, без результата. Некоторые умники, типа, этих инкубов, пытаются через меня действовать. Толку нет, уже все знают, мы с моим демоном едины во всем, но все равно пытаются. Жители мира Мрака духом-то воспряли, когда узнали, что вместо Острова Справедливости, когда-то созданного самим Мраком и уничтоженного моим мужем, не без моего участия, теперь лорд Бриннэйн за справедливость отвечает. Ожидали, что проще своей выгоды добиться. Сколько лбов порасшибали, сколько мы всего выслушали, кем нас только не называли и чем не пугали, но, в конце концов, дружно пришли к выводу — с Островом Справедливости было проще. Там, кто был сильней, тот и прав. А лорд Ормис Бриннэйн на силу не равняется, к богатствам равнодушен, семья под защитой богов. Как решит, так и будет.
Я поправила прическу, расправила складки платья и степенно вышла из комнатушки, как и полагается добропорядочной жене и матери семейства. Тяжелая дверь распахнулась, и послышалось тихое шипение.
— Мрака, Мышь, — улыбнулась я, глядя на слангеру сейчас достигшую половину роста своего громадного приятеля.
— Мрака-с-с, — ответила змея и обвила меня мягкими кольцами. — Скучала я-с.
— Я тоже, — я поцеловала ее в тупоносую морду. — Где Чудик?
— Там-с-с, — она кивнула назад. — Орм-с-с рыч-щит на инубов-с, Ч-щудик их пугаетс-с.
— Нашел все-таки выход, — хохотнула я.
Чудовище никто не ограничивал, он может и придушить для острастки, и покусать и вообще… Он у нас что-то вроде пристава, верней, они вместе с Мышью. Если кто-то из недовольных расшумится или отказывается исполнять решение Главного Судьи, являются слангеры. Зачастую хватает только вида огромных боевых змей. Демонам еще и зубы скалят, эти самые упрямые, но под напором Чудовища и его ехидной подружки сдаются все.
А наши самые частые жалобщики — это семейка Даршас. Были, правда. Уже лет пятнадцать мы их исков не принимаем. Что Харт, что его дед и отец завалили нас требованиями о взимании моральной компенсации за оскорбления с такого количества народа, что в результате жители мира Мрака взвыли от трех озверевших драконов, провоцировавших их на ответные оскорбления. Сами нарывались, доставали кого-нибудь, с удовлетворением выслушивали, что о них думают и мчались к нам с новым иском с целью легкого обогащения. По-моему, у них это стало семейным делом, просто банда какая-то. Пришлось закрыть перед ними двери и с самих потребовать моральную компенсацию. Драконы поугрожали, пообижались, немного с нами не разговаривали и помирились. С тех пор жители нашего мира перестали бояться выходить на улицу.