— Моя коварная похитительница пьет вино? — спросил демон, поблескивая веселым взглядом.
Я кивнула, и мы переместились к бочкам, стоявшим на краю площади. Я даже не заметила, в какой момент нам сунули в руки глиняные стаканы, наполненные бордовым, словно кровь, вином. Мы звякнули нашими стаканами, отпили, и глаза Ормиса оказались так близко, что заполнили собой, казалось, весь мир.
— Скажи мне свое имя, — прошептал он, почти касаясь моих губ своими.
— Ночь, — шепнула я в ответ и тихо засмеялась.
— Моя Ночь, — ответил демон, и его губы обожгли жарким поцелуем.
Он был совсем иным, не таким, как первый в той гостинице. Теперь не чувствовалось ни ярости, ни жесткости, только обволакивающий огонь, который зажигал кровь, заставляя сердце быстрее биться в груди. Чтобы удержаться на ногах, мне пришлось ухватиться за Ормиса, оплести руками его шею. Пальцы коснулись волос, собранных в хвост, и, словно жили собственной жизнью, стянули сдерживавший их ремешок. Волосы рассыпались по плечам, скользнули по коже рук, и стон сам собой сорвался с моих губ и утонул в тяжелом хриплом дыхании лорда. Нет, рано, не сейчас… С неимоверным усилием я оторвалась от него и выдавила улыбку, погрозив пальцем.
— Я спешу? — понял демон. — Прости, но мне сложно держаться.
Я уперла руки в бока, и он засмеялся.
— Я буду очень стараться, — горячо пообещал мужчина и отпустил меня.
Нам, будто того и ждали, тут же сунули новые стаканы.
— За тебя, моя жаркая Ночь, — улыбнулся Ормис и отсалютовал мне.
Улыбнувшись, я отсалютовала своим и сделала большой глоток. Вино оказалось непривычно хмельным. Дома подавали совсем нежное, любимое мамино вино, которое веселило, а не пьянило. Сейчас же в голове зашумело, и я глупо хихикнув, подхватила под руку своего демона. Еще глоток, и мы уже снова бежим туда, где гремит музыка. Один раз я споткнулась, и сильная мужская рука тут же оплела мой стан, удержав от падения, и уже не отпуская. Я попыталась освободиться, но он мотнул головой и авторитетно заявил:
— Моя.
— У ночи нет хозяина, — полушепотом ответила я и все-таки выскользнула из собственнических объятий.
— Но есть ее вечный адепт и послушник, — улыбнулся лорд Ормис. — Ты позволишь поклоняться тебе, Ночь?
Вино все еще шумело в голове, и я остановилась, указав на место подле моих ног.
— Милостивая Ночь, — широко улыбнулся мощный черноглазый демон и послушно опустился на одно колено.
Затем галантно взял краешек подола моего платья и прижался к нему губами.
— Я буду любить тебя вечно, Ночь, — прошептал он, глядя на меня горящим восторженным взором. — Ты позволишь?
— Ночей много, разве можно любить одну вечно? — полушепотом усмехнулась я.
— Для меня отныне есть только одна Ночь, — взгляд демона стал неожиданно серьезным. — Моя вечность…
Я спешно накрыла его губы пальцами и укоризненно покачала головой.
— Не веришь, — улыбнулся Ормис. — Утром поверишь.
— Ночь исчезает с рассветом, — я подмигнула, снова схватила его за руку, и мы влились в хаос танцующих пар.
Это было необычно и здорово не придерживаться определенного рисунка танца, не выделывать замысловатые па. Просто зажигательная веселая музыка, задавшая ритм и настроение, подхватившая и закружившая нас. В какой-то момент я взмыла, оказавшись прижатой к Ормису, и на землю уже не вернулась. Он смеялся и кружил меня, глядя, как я раскинула руки и теперь ловлю звезды, взирающие на нас сверху. В небо взмыл очередной фейерверк, утерев звездам нос своей яркостью. Я опустила взгляд и зачарованно следила за отражением сверкающих искр в бездонных черных глаза моего бывшего хозяина.
— Ты такой красивый, — прошептала я, не сводя с него взгляда.
Затем обняла его лицо ладонями и склонилась к губам, целуя чуть несмело и неловко. Он замер, позволяя мне самой вести в этом поцелуе, и я осмелела. Осмелела настолько, что сделала то, что никогда не позволяла себе в поцелуях с Раяном. Провела кончиком языка по его губам, зажмурилась и смяла податливый рот лорда, сплетая свой язык с его языком. Он охнул, стиснул так, что дышать уже было просто невозможно, и негромко рыкнул, с жаром отвечая мне. Мои пальцы судорожно вцепились ему в волосы, возможно причиняя небольшую боль, и демон словно обезумел. Он решительно понес меня куда-то, расталкивая людей и не позволяя разорвать поцелуй. Мы оказались за пределами площади, и лорд шагнул в черноту чьего-то спящего двора. Он усадил меня на какой-то ящик, жадно сжал плечи и вдруг стремительно отступил тяжело дыша.
— Нет, — он мотнул головой. — Не сейчас и не здесь.
Я невольно зашипела, сообразив, что он остановился и продолжать не намерен. Глаза демона, в которых сейчас бушевал Свет, остановились на мне, и на губах появилась улыбка. Он снова подошел ко мне и спросил:
— Как тебя зовут?
Я провела пальчиком по его шее, скользнула в расстегнутый ворот рубашки, коснувшись обнаженного горячего тела, и потянулась, целуя шею. После лизнула, собирая с кожи его божественный аромат.
— Желание, — ответила я и откинулась назад.
— И это имя верное, — хрипло произнес мой лорд, вновь возвращая меня на место. — Мое желание.
Он снял меня с ящика и вывел на улицу, возвращая в праздничную суету.
— Что ты хочешь, мое желание? — спросил Ормис, обнимая меня за плечи.
Я задумалась и озорно улыбнулась.
— Пирожное и вино, — прошептала я.
— Сладкое…
— Хочу сладкое, — вышло с придыханием.
Демон тяжело сглотнул и склонился ко мне.
— Ты сводишь меня с ума, Ночь Желания. Должно быть, ты и мое Безумие. Мое Безумное Желание, моя вечная Ночь.
Я негромко рассмеялась, наслаждаясь всем. И его прикосновениями, и его голосом, и словами. Мы вернулись к площади, лорд Ормис поставил меня с самого свободного края и велел:
— Никуда не уходи. Все равно найду.
— Сегодня Ночь только твоя, — снова засмеялась я.
Демон улыбнулся и ушел, но еще несколько оборачивался, проверяя, жду ли я его там, где он меня оставил. Конечно, жду! Никуда я от тебя не денусь, пока не денусь. Решение принято и обжалованию не подлежит. Тело свело сладкой истомой. Ох, откуда же это во мне? Еще пару недель назад я краснела и тряслась, думая о близости с мужчиной. Смущенно мечтала о Раяне, останавливая свои фантазии на невинных поцелуях. Но этот лорд, его запах, его тело… Боги, он взрывает меня изнутри, делая смелей и развратней. Кажется, где-то слышала, что вампиры холодные только снаружи и их бесстрастность заканчивается там, где начинается ложе. Неужели такие шутки со мной играет моя новая сущность?
Перед глазами всплыло обнаженное мужское тело, покрытое капельками воды. О, Кровавая Луна, я не вынесу! Закусив губу, я отошла к стенке дома и прижалась к ней спиной, пытаясь унять бешенное сердцебиение. Как же мне хочется снова увидеть его, хоть разок! Дотронуться, почувствовать его, ласкать… Припозднившийся стыд, наконец, решил навестить меня, но позорно заскулил и уполз, стоило желаниям заметить его. Мое Безумное Желание… Моя… Как же легко он бросается словами! А как же избранная? Меня передернуло от отвращения и резкого приступа ревности. Вспомнилась леди из библиотеки, и я сжала кулаки. Ей он тоже такое говорил?! Тьма! Зло рыкнув, я обвела площадь яростным взглядом и выдохнула. Сегодня нет ни леди, ни избранницы, и эта ночь принадлежит только мне! Так-то.
— Эли?! — я вздрогнула и резко обернулась, отчаянно ругая себя за такую слабость.
Мой взгляд столкнулся с молодым мужчиной в черной бархатной маске. Он стянул ее, и я скривилась.
— Раян? Мрака. Как ты меня узнал? — прохладно спросила я.
— Тебя я узнаю из тысячи, — ответил он, подходя ближе.
— Правда? — я криво усмехнулась, обнажив клыки, и сняла маску.
Раян сделал шаг назад, но тут же вернулся и с нескрываемым любопытством и жадностью впился взглядом в лицо.
— Ты стала очень похожа на своего отца, — произнес он. — Ты вампир?
— Нет, я фея, не заметно? — грубо ответила я и хотела отойти, но он поймал меня за руку и развернул к себе.