— О чем?
— О жизни, — усмехнулся спутник Элианы. — Не бойтесь, лорд Фергас, не убью.
— Я не боюсь, — возмущенно воскликнул Раян и поежился, когда на губах демона появилась язвительная ухмылка. — Хорошо, где вам угодно поговорить?
— Да, хоть в городском парке, — демон кивнул головой на литую решетку.
— Идемте, — решительно кивнул лорд Фергас.
Они, молча, вошли в парк, дошли до первой скамейки, и демон кивнул на нее.
— Не вижу смысла забираться в глушь, — произнес он, и Раян понял, что чувствует облегчение.
— О чем вы хотели со мной поговорить? — снова спросил юноша.
— Я же сказал, о жизни, о вашей жизни, — ответил демон. — Да, я не представился, лорд Ормис Бриннэйн.
— И что вам до моей жизни, лорд Бриннэйн? — нервно спросил Раян.
— Помочь хочу, — Ормис сощурился, глядя на яркое солнце. — Приятная погода, — заметил он. — А Эли сейчас не может находиться долго на солнце. Пьющие кровь не выносят прямых солнечных лучей.
Раян едва заметно напрягся и бросил короткий взгляд на собеседника. Решил поиздеваться над несчастным соперником? Но демон даже не смотрел на него.
— Да, я видел, что она изменилась, — наконец, тихо ответил юноша. — Только не понимаю, почему.
— Все просто. После той грязи, в которой ее вываляли по прихоти вашей матери, Элиана сбежала из дома. Защита родных исчезла, и кровь отца проснулась, меняя ее и делая сильней. Вы знали, что она убегала из дома? — Ормис посмотрел на своего собеседника.
— Нет, — тихо ответил Фергас.
— И тем более не знаете, что вскоре после побега ее избили, ограбили и бросили в лесу на растерзание воллаков, — юноша невольно сжался, заметив разгорающийся гнев в глазах демона.
Но уже через мгновение забыл о своем страхе, стремительно бледнея, когда смысл слов лорда Бриннэйна дошел до него.
— И она бы погибла. К счастью, рядом оказался я, — добил его демон, и Раян закрыл лицо руками.
— Я ничего не знал, — простонал он. — Совсем ничего не знал.
— А всему виной стало ваше малодушие, лорд Фергас, — мягко, но так, что мурашки побежали по спине юноши, произнес Ормис. — Она чуть не умерла, слышите?
— Да, — прошептал Раян. — Но что вы от меня хотите?
— Услышать ответ на один вопрос — почему? Почему вы не нашли в себе смелости рассказать о помолвке? Почему позволили ее унизить? Почему не противостояли вашей матери?
Раян убрал руки от лица и внимательно посмотрел на демона. В черных глазах того мелькали ослепительные блики, а губы кривила презрительная усмешка, но все-таки лорд Бриннэйн ждал ответа.
— Проще всего ответить на первый вопрос, — тихо произнес Раян. — Я не собирался жениться. Думал, успокою матушку, а потом, когда скажу, что женюсь на Эли, она поймет, что ее затея была неудачной. Потому и не говорил.
— Тогда почему не отстояли?
Раян вздохнул и устало потер лицо.
— Все дело в матушке. Точней, в том, что произошло, когда мне было семь лет, — заговорил он. — Она тогда едва не умерла. Тяжело болела, несколько раз почти ушла за Грань. Мне было семь лет, лорд Бриннэйн, всего семь. Я на всю жизнь запомнил страх, что мамы не станет. Этот страх въелся в кровь, и каждое недомогание ее для меня было, как преддверие смерти. Мама, конечно, быстро поняла и, когда я вырос и начал спорить с ней, умело использовала этот страх. Она прекрасная актриса, но я ничего не могу с собой поделать. Как только она хватается за сердце, я замолкаю и делаю все, чтобы ей стало лучше. Так было и тогда, когда я сказал, что женюсь на Элиане. Она так хорошо разыграла припадок, что у меня не хватило решимости настоять. И потом, когда она топтала Эли, я мог лишь смотреть на этот кошмар.
— Но раз вы знали, что она играет! — по коже Ормиса прокатился блик Света.
— Я трус, лорд Бриннэйн! — крикнул Раян, и уже тише добавил. — Я просто мерзкий трус. Да, я знал, но не смог противостоять ее лицемерию и притворству. И потерял любимую девушку.
— Потеряли, — уверенно кивнул демон.
— А вы и Эли… — юноша вскинул глаза на мужчину.
— Да, она моя избранница, и как понимаете, я Эли никому не отдам, — отчеканил Ормис.
— Вы сильней меня, — Раян опустил глаза.
— Несомненно, — согласно кивнул демон. — Слушайте, лорд Фергас, а вам нравится та жизнь, которую вам диктует ваша мать?
Раян мотнул головой.
— Вы хотели бы освободиться от ее власти? — Ормис с интересом ждал ответ.
— А как? Мне убить ее что ли? — усмехнулся юноша.
— Зачем же так радиально? Вы можете просто уйти. Вы ведь взрослый мужчина, не дитя, — ответил лорд Бриннэйн.
Молодой лорд Фергас снова вскинул голову и взглянул на демона.
— Я даже могу вам помочь. Моему отцу требуется помощник в его делах. Он человек, — произнес Ормис. — Я могу доставить вас к нему прямо сейчас через окно перехода. Кормить вас будут, аванс выдадут, и вы сможете купить себе все необходимое на первое время. Платит старший лорд Бриннэйн весьма недурно. Его последний помощник недавно женился, и место, насколько мне известно, все еще вакантно. Решайтесь, Раян. У вас есть шанс начать новую жизнь. Уйти из-под жесткой опеки вашей матери, сменить место, найти новую любовь. Ну же!
— Почему вы помогаете мне, если так открыто презираете? — не удержался от вопроса юноша.
— Потому что ваша трусость подарила мне мою первую и единственную любовь, лорд Фергас. Я даже думать не хочу, что было бы, если бы вы тогда все-таки настояли на своем, и я бы не встретил мое Совершенство. — Спокойно ответил демон. — В некотором роде я испытываю к вам сочувствие и благодарность, но вы правы, вы мне неприятны. Но я не буду вас бить, потому что не трогаю женщин и детей. А вы, Раян, в сущности еще ребенок. Мальчик, которому не дали возмужать. Так что скажете? Мое предложение искреннее, без скрытого желания вас унизить. Рискнете или снова испугаетесь?
— Рискну, — ответил Раян Фергас. — Я хочу изменить свою жизнь.
— Тогда в путь, — Ормис встал и открыл портал. — Письмо матушке, думаю, лучше написать, но это вы сможете сделать на месте.
Он пригласил жестом юношу войти в портал. Раян поджал губы, тряхнул головой и шагнул. Ормис Бриннэйн усмехнулся и последовал за молодым Фергасом.
Леди Лораттея Фергас металась по особняку, словно пойманный в ловушку зверь. Она кидалась на слуг, отдавая им противоречивые приказания, истерично орала на них и снова приказывала. Женщину распирал гнев. Как он смел? Как?! Тряпка, об которую она столько лет вытирала ноги, который боялся купить себе новые трусы без ее ведома, изменял ей? ЕЙ?! И что за тварь он притащил в их дом? Как он смел кричать про нее такое?! Она — Лораттея Фергас, всегда подтянутая, молодая, красивая и умная женщина! Она мечта любого мужчины, а этот червяк позволил себе обманывать ее столько лет?!!
Это не она, это он должен был сейчас метаться и кидаться на стены от того, что потерял ее, ЕЕ! А он ушел так, словно это не она его, а он ее бросил. Ушел, мерзко смеясь и оскорбляя. Этого просто не может быть! Это сон, кошмар, и она обязательно сейчас проснется…
— Ничего, вот вернется Раян, я открою ему глаза на эту мразь, которую он называет отцом. Ничего…
Она услышала, как в внизу звякнул колокольчик, и расплылась в широкой ухмылке. Вернулся, приполз на брюхе. Тряпка! Понял, кого теряет и вернулся. Войти, как хозяину, ему, конечно, не хватает смелости, вот и звонится, как чужой. А он теперь и есть чужой! Он может умолять ее простить его, может лизать ей туфли, но прощения не будет. А про ложе вообще может забыть. Он и раньше удостаивался этой чести лишь, как поощрение, когда она была им довольна, но теперь…
К ней подошел лакей и подал письмо, которое принес какой-то мужчина — демон. Леди Фергас неприязненно взглянула на лакея, схватила письмо и не удержалась от вопроса:
— И это все?!
— Да, моя леди, — лакей поклонился и ушел.
Так, значит, муж не приполз к ней? Его там нет? И он не дожидается смиренно решения своей участи?!! Мерзкий урод! Женщина в ярости пнула упавшую с дивана подушку, та пролетела до высокой вазы, задела ее, и ваза с грохотом повалилась на пол. Леди некоторое время тупо смотрела на осколки любимой вазы и сорвалась на визг. Прислуга качала головами и шепталась, что хозяйка окончательно лишилась ума.