– А я думал ты уже далеко отсюда и пьешь кровь какого-нибудь человека, – сказал Браун, не отрывая взгляда от вампира и вместе с Кейт отходя от него подальше.
– Я… чистокровный вампир… меня учили… Я никогда… не стану… Я не животное, – процедил он, сжимая руки в кулаки. – Если я и буду пить чью-то кровь, то сохраняя рассудок…
– Я могу… – Кейт хотела выйти из-за спины охотника, но Браун схватил ее здоровой рукой и заставил отойти назад. – С ума сошла! Сейчас та малая часть крови, которую ты можешь ему предложить без вреда для своего здоровья, лишь раздразнит его. Марк не сдержится и убьет тебя.
– Он прав… уходите, – проговорил Маркус, не моргая, смотря в землю.
В этот момент из здания старой фабрики выскочил мужчина. Он ничего не успел сделать, как Маркус с нечеловеческой скоростью метнулся к нему, схватил за горло и припечатал к стене.
– Браун, изгони из него демона! – потребовал вампир.
– Марк… не… – начал охотник.
– Сделай это! Или я за себя не отвечаю! – почти прокричал Маркус.
– Ритуал нельзя провести быстро, – сказал Браун.
– Это шестерка, слабый демон. К тому же он сам вылетит из этого тела, ведь он не захочет, чтобы я устроил ему пытки, на которые не способны даже в аду, – прошипел Маркус и повысил голос, встряхивая мужчину:
– Ведь я прав? Ты покинешь тело добровольно? А?
Демон испуганно закивал головой.
Не успел Браун произнести и предложения заклинания изгнания, как от тела мужчины отделилась тень и ушла в землю.
'Какое же ты страшное существо, если даже адская тварь испугалась тебя, Маркус', – подумала Кейт.
– Вы поможете мне? Поможете? Я был одержим, он управлял мной… – мужчина вцепился в плечи Маркуса. Он был напуган, и в свете луны Кейт различила в его глазах мольбу и надежду.
Девушка вскрикнула и закрыла рот рукой, когда Маркус ни говоря, ни слова вцепился острыми клыками в шею мужчины.
– Пойдем, не стоит на это смотреть, – сказал Браун и заставил Кейт отвернуться.
* * *
Кейт била мелкая дрожь, сердце колотилось как ненормальное и кровь неприятной барабанной дробью стачала в висках. Разум девушки не желал принимать действительное. Она снова попала в водоворот мистики, прикоснулась к сверхъестественному и вновь еле осталась жива. А Маркус… В этот раз она узнала его еще более темную сторону. Увидела живущего внутри зверя, жаждущего крови и готового рвать людей на части.
'Маркус едва сдержался, чтобы не убить меня и Брауна, – от этой мысли сердце Кейт пропустила удар, а по телу разлился холод. – Но ведь сдержался, ему было трудно, но он не поддался природе', – тут же внесла она довод в защиту вампира.
'Но теперь страдает ни в чем неповинный человек, сначала в него вселился демон, а теперь лакомится вампир… У мужчины должно быть есть семья, дети, друзья – одним словом жизнь, а Маркус ее сейчас забирает и я уверена, что при этом не чувствует и капли жалости. Ведь люди для него по большей части лишь сосуды наполненные живительной влагой'.
Кейт дрожащими руками нажала на ручку, открыла дверцу и помогла Брауну сесть на заднее сиденье автомобиля. Охотник, тяжело дыша, откинулся на спинку и прикрыл глаза.
Кейт присела рядом и стала искать в салоне аптечку.
– Только держись, – бормотала она. Найдя за сиденьем сумочку наполненную медикаментам, повернулась к охотнику. Сердце сжалось от страха и тревоги за жизнь Брауна.
Силы полностью покинули его, он осунулся и побледнел еще больше, воздух со свистом вырывался из приоткрытых губ.
Кейт провела дрожащими пальцами по бледной щеке охотника и уверенно проговорила:
– Все будет хорошо.
Затем начала осторожно снимать с Брауна куртку, боясь причинить ему боль.
– Не беспокойся, мне бывало и хуже. Заживает все… как на собаке. На моем теле много шрамов. Один из них даже оставил этот ублюдок – Марк, – морщась, ответил охотник. Здоровой рукой он открыл аптечку и достал из пачки с незнакомым названием таблетку и проглотил ее.
– Что это? – спросила Кейт, сдвинув брови.
– Обезболивающее… – голос Брауна прозвучал хрипло и устало.
– Только не теряй сознание, – взволнованно произнесла Кейт. Она стянула с охотника рубашку, при этом стараясь не обращать внимания на кровь, щедро залившую его одежду, тело и ее собственные руки. Кейт удивлялась, как еще не упала в обморок. В детстве при виде чужой крови ее начинало мутить, а в глазах темнеть. Возможно сейчас она просто боялась за Брауна и сильно хотела ему помочь или боязнь крови со временем прошла. Давно Кейт не могла проверить это на практике.
Взяв в руки бинт, она начала перевязку.
– А почему Маркусу не нравится, когда его называют Марком? – спросила Кейт, она видела, что охотнику с трудом удается держаться в сознание и решила вести с ним беседу, чтобы не дать уснуть. Но и ответ на вопрос интересовал ее давно.
– Могу предположить, что до меня… его никто так не называл… Укороченное имя напоминает ему обо мне, а меня он ненавидит, поэтому и бесится.
Кейт усмехнулась, но тут же побледнела, губы сжались и превратились в тонкую линию.
– Маркус убьет того мужчину… – это походило больше на констатацию факта, чем на вопрос.
– Скорее всего уже…
Кейт опустила глаза, продолжая перевязку.
– Я охотник на сверхъестественных тварей, но не могу винить его за это. Иногда жажда вампиров берет над ними контроль и они ничего не могут с этим поделать… Такими… их создала природа, – хрипло произнес Браун.
– Ты не испытываешь жалости, когда убиваешь вампиров? – спросила Кейт.
– Какая тут жалость, когда на тебя кидается существо с горящими глазами и звериными клыками, жаждущее впиться в артерию или свернуть тебе шею, – Браун усмехнулся и попытался приподняться на сидении, но тут же поморщился от боли и оставил попытку. – Пусть они и питаются кровью по жизненно важной необходимости, при этом они убивают людей, и поэтому для них в моем сердце нет места состраданию.
– А Маркус…
– Не было и дня, чтобы я не пожалел, что не только оставил его в живых, но и помог ему, поддавшись словам призрака его матери. Ты не представляешь, сколько на его руках крови ни в чем не повинных людей и не всех он убил из-за жажды…
– Я как раз представляю, – ответила Кейт, она закончила перевязку и помогла Брауну накинуть на плечи куртку. – Он рассказал часть из своего прошлого…
– Совесть замучила, решил исповедаться? – усмехнулся охотник, но скептически прибавил:
– Хотя совести у него нет.
Кейт убрала аптечку и, опустив глаза, затеребила край левого рукава пальто.
– Нельзя любить Марка, он способен принести только страдание. Да и вообще вам нельзя быть вместе, это может завести вас в такие дебри, что даже хитрый Маркус не сможет выпутаться. Любовь вампира и человека опасна и может стоить вам жизни…
– А нет никакой любви, и вместе мы никогда не будем, – ответила Кейт. – У меня есть парень, а Маркуса я забуду, – она повернулась к охотнику, говорить о вампире ей больше не хотелось:
– Как ты себя чувствуешь?
– Наверное это обезболивающее, но мне кажется, что лучше.
Тут Кейт услышала звук открываемой двери, сердце дрогнуло и в ту же секунду на место водителя сел Маркус, принеся с собой холодный ночной воздух.
Девушка замерла, смотря на вампира. Она видела лишь его затылок и не могла видеть его лицо и эмоции, играющие на нем, либо их отсутствие. Но от Маркуса холодные волнами исходила опасность. Даже Браун затаил дыхания, пытаясь разобраться, что чувствует вампир и как подействовала на него выпитая кровь. Утолила жажду, либо еще больше превратила вампира в животное.
– Маркус… – дрожащим голосом произнесла Кейт.
– Что? – без всякого выражения в голосе ответил он и повернул ключ зажигания.
– Ты… – Кейт не могла подобрать слов.
– Я в порядке и больше не жажду вашей крови, – тем же тоном ответил он и повернулся к Кейт. В его глазах больше не было голода. Он выглядел отстраненным и уставшим.
Маркус скользнул взглядом по Брауну, повернулся к лобовому стеклу и положил руки на руль.