— Конечно, готов, — ответила за меня Нау.
Я проследил, как завертевшаяся девушка побрела к овальному люку в крыше. Полы длинной туники волочились за ней.
— Встретимся завтра и продолжим, — крикнул ей Эйох. — Тебе нужно упражняться в быстрых вращениях до тех пор, пока голова не перестанет кружиться.
Когда девушка ушла, встрепенулся и пьяный парень:
— Мне тут тоже делать нечего. Вино кончилось.
Он распахнул халат, показывая широкий золотой пояс, увешанный дорогими шкатулками. Раскрыв одну, достал кристалл и использовал.
За спиной пьяного парня выросли широченные крылья, такие же, как у наёмника на пустыре.
— Ты слишком пьян, чтобы летать, — сказал Эйох.
— Ничего подобного, — заявил парень. — Я могу ещё столько же выпить. Просто нет больше.
— Хотя бы расправь крылья попроще, — предложил Эйох. — Эти летают слишком быстро и слишком высоко.
Нау наоборот, подзадорила паренька:
— Не слушай его. Всё небо — твоё! Купи ещё вина и стремительно улетай прямо на заходящее солнце!
— Да! — согласился парень. — Ты, Нау, лучше всех меня понимаешь.
Удивительная девушка — ей было весело от того, что пьяный молодой человек мог разбиться или врезаться в акраб.
Покачиваясь, парень перелез через перила крыши и мешком свалился вниз. Выглядело страшно. Даже Эйох дёрнулся, словно хотел поймать бедолагу. Но пьяный парень взлетел выше и, мотыляясь, как голубь с помятыми крыльями, полетел в сторону стены Третьего Кольца. Летел он не только зигзагами, но и горками. То падал опасно близко к земле, то подлетал опасно близко к выступающим частям крыш зданий. Грузовой акраб, гружённый тюками и кувшинами, остановился, пропуская пьянчугу. Мне даже показалось, что водитель акраба всунулся из окна и крикнул: «Смотри, куда летишь, ублюдок!»
Эйох следил за полётом парня с переживанием.
Нау тоже переживала, но явно из-за того, что пьяный лётчик избежал всех опасностей, так ни разу не упал, не врезался и не ударился.
— Кто он? — спросил я Нау. — Из какого предназначения?
— Из семьи сословия Обменивающих Золото, — сказала Нау.
Я ещё не встречал ни одного представителя этого сословия. Но давно хотел узнать, какие озарения выбирали дивианские банкиры.
— И какое у него яркое озарение?
— Золотые грани.
— Что оно делает?
Нау насмешливо на меня посмотрела:
— Озарение «Золотые Грани» покупает всё, что продаётся.
Я догадался, что она шутила:
— У него вообще нет озарений?
— Да. Мальчик пуст, как его Внутренний Взор. Но у него полные сундуки золота.
— Ясненько. Вот почему он использовал кристалл.
— И очень дорогой кристалл, — заметила Нау. — Такой стоит больше тридцати тысяч.
— И как часто он использует эти кристаллы?
— Да каждый день, — ответила она. — Он даже не знает цену золотым граням, которые горстями черпает из сундуков своего отца.
— Тогда почему он пил дешёвое козье вино, а не портовое? — спросил я, проявляя знания в этой области.
— Мы слишком юны, — пожала плечами Нау. — На рынках центральных колец никто не продаёт нам портовое, поэтому мы покупаем козье на Ветроломе Смрадного Ветра. Там всем плевать на возраст покупателей. Да и где сейчас взять портовое? Закончилось всё. Вот когда Дивия остановится у Портового Города, мой богатенький друг упьётся.
— Ты с ним… близка?
— Ага, — просто ответила Нау. — Но только ради его золота. А так он плохой любовник. И пьёт слишком много для его возраста.
Откровенность Нау удивила. Девушка будто специально вела себя так, чтобы казаться распутной. В сочетании с её пышной фигурой и прелестным, каким-то добрым лицом это казалось вдвойне странным поведением.
Я вдруг понял, что почти впервые общался с дивианской молодёжью, не принадлежавшей воинскому предназначению. Эти тусовщики на крыше были мирными людьми, не убившими в своей жизни даже раба. Вдобавок они были чем-то вроде неформального объединения, этакой молодёжной дивианской субкультурой.
Пьяный парень происходил из Обменивающих Золото. Эйох Дивиата — из Меняющих Смыслы. Завертевшаяся до тошноты девушка, судя по украшениям на тунике — вообще из священниц. И всех их соединила любовь к танцам на «Крыльях Ветра».
— А у тебя какое предназначение, Нау? — спросил я.
— Раздражать тебя своей таинственностью, — ответила она и засмеялась.
— Ну, Самиран, — сказал Эйох Дивиата. — Ты готов расправить крылья и учиться звонкому небесному танцу?
— А давай, — согласился я.
Для начала Эйох попросил показать, что я умею.
Я умел взлетать. Умел лететь вбок. Ещё я умел лететь куда попало, ударяясь об статуи и колоны.