Из-за постамента вышел челядинец, одетый в тяжёлый халат, увешанный множеством украшений и цепочек.
На груди сияла табличка:
ЭТОТ ЧЕЛОВЕК
КОТОРОГО ЗОВУТ ХОРЕМ
ПРИСЛУЖИВАЕТ СОСЛОВИЮ ОБМЕНИВАЮЩИХ ЗОЛОТО
И НАХОДИТСЯ ПОД ЕГО ПОКРОВИТЕЛЬСТВОМ
Челядинец поклонился нам:
— Сие защитное одеяния скроет его обладателя полностью. Ни одно озарение его не обнаружит.
— Мы атакуем врага открыто, — ответила Маджа. — Мой отряд не прячется по кустам.
— Прятать такую Линию Тела, как у вас, светлейшая и солнечная госпожа, было бы страшным преступлением. В нашем доме есть броня и для таких выдающихся, вои…
— Мне не нужны доспехи, — оборвала Маджа. — Нужны им.
Челядинец просканировал меня и Реоа опытным взглядом и как бы в восторге прошептал:
— Ах, какие прелестные молодые воины. Защитники Всеобщего Пути! Я всё понял. У нас есть то, что вам надо. Прошу вас, следуйте за мною.
Глава 18. Мёртвые локоны и воинские знаки
Хорем подвёл нас к постаменту, на котором медленно крутился в воздухе набор доспехов, похожий на тот, что носил Илиин и многие другие небесные стражники.
Челядинец снял с постамента нагрудник, сцепленный с наспинником кожаными ремнями, и протянул мне с поклоном:
— Прошу вас примерить. Можете сделать это здесь или в уготованной для этого комнате.
Я хотел пойти в уготованную комнату, но Маджа нетерпеливо отобрала нагрудник и сунула мне:
— Здесь надевай. Некогда нам. Поторопись.
Утро в казарме нередко начиналось с того, что по команде Маджи мы начинали быстро облачаться в доспехи, раздеваться и снова облачаться. Поэтому я без труда проскользнул между нагрудником и наспинником и самостоятельно затянул ремни, закрепляя их на теле.
— Ах, какой величественный… — начал было челядинец.
Маджа сняла с воздуха наруч и бросила мне. Челядинец всё понял и начал проворно снимать доспехи и подавать мне. Он молча помог мне затягивать ремешки. Только изредка цокал и закатывал глаза, как при виде чего-то необычайно красивого.
А Маджа и Реоа пошли дальше — искать доспехи для целительницы. Их сопроводила челядинка в расшитом драгоценностями халате и с табличкой на груди, сообщавшей, что она прислуживает сословию Обменивающих Золото.
Кстати, я впервые видел челядинцев, которые принадлежали не роду, а сразу целому сословию. Ещё я сделал вывод, что лавку «Золото, железо и небесный камень» содержало именно сословие Обменивающих Золото, а не как обычно, сословие ремесленников или оружейников.
Это обстоятельство выбивалось из принятого в Дивии сословного разделения сфер труда и влияния. Вероятно, финансисты сословия Обменивающих Золото уже настолько опухли от золотых граней, что начали заходить на бизнес-территории других сословий. Это, конечно, не прибавляло им популярности.
Нагрудник и наспинник сидели не слишком плотно. А ремни уже затянуты до упора.
— Надо мне Линию Тела нарастить, — виновато сказал я челядинцу.
— Не вы должны облегать доспехи, а они вас, — заявил челядинец Хорем. Затем щёлкнул пальцами и крикнул: — Эй, кто там из мастеров свободен? Надо доспехи подогнать молодому воину.
Подбежали несколько младших челядинцев, одетых менее броско, чем Хорем.
Мне даже не понадобилось идти в мастерскую. Я просто снял нагрудник и отдал им.
Один челядинец подтащил сундук с инструментами. Вынул из нагрудника все ремни и начал подрезать и перешивать их. Другой мастер схватил нагрудник обеими руками: раздался скрежет и треск — доспех покрылся светящейся треугольной сеточкой. Другой мастер тоже наложил руки на доспех и мгновенно раскалил его до красноты.
Хорем внимательно следил за этой операцией и руководил:
— Не так сильно, уменьшайте! Легче, легче, говорю вам, остолопы!
Остолопы пыхтели и сопели, меняя размеры доспеха.
Потом они положили нагрудник и наспинник на постамент и обдали облаком холода: раскалённое небесное стекло зашипело и потемнело. Остыв, приняло привычный голубоватый цвет с лёгкой прозрачностью.
Другой мастер проворно продел укороченные ремешки и закрепил их.
— Готово, — сообщил мне челядинец Хорем. — Извольте примерить.
Я изволил — ещё тёплый доспех сидел, как влитой.
Вернулась Маджа и оценила мой вид:
— Настоящий небесный стражник.
— Истинный, истинный небесный стражник, — закивал челядинец Хорем, не подозревая, что сравнение с небесным стражником — это издевательство.
— И последнее, — протянул мне шлем челядинец.