Нет ничего удивительного, что озарённое мясо стоило в десятки, даже сотни раз дороже обычного.
Отпрыски богатых военных родов, типа Патунга, Кохуру и остальных, отращивали Линии Тела частично благодаря тому, что питались исключительно озарённой едой.
Конечно, не только еда превращала их в гигантских качков. Главную роль играли тренировки и секретные родовые техники работы с Линией Тела. Но без поглощения озарённой еды не добиться быстрого роста, при котором Маджа Патунга в свои семнадцать выглядела, как два сильных неандертальца, поставленные друг на друга.
Богатство рода снова предопределяло превосходство его представителей над менее богатыми.
Обеспечение едой и кристаллами — обязанность самого старшего в отряде. Поэтому ещё на акрабе Маджа Патунга лично раздала нам по три кристалла и по шкатулке с озарённым мясом. Хотя мы и не будем участвовать в бою с преступниками из притона извращенцев, но мы должны научиться применять эти бустеры.
Я вынул из шкатулки холодный и липкий от жира кусочек мяса. Понюхал и отправил в рот. Потом посмотрел на крышку шкатулки, но иероглифа, сообщавшего, кто взрастил и сварил это озарённое мясо, не было. Это значило, что Маджа купила самое дешёвое мясо на рынке. Оно продавалось грудами в корзинах, а не в отдельных шкатулках, как «фирменное» мясо славных родов.
Мясо, которым меня однажды угостил Вакаранга Карехи, подействовало моментально, и действие его продолжилось несколько часов. «Приход» от этого безымянного мяса наступил минуты через три после того, как я его разжевал и проглотил. Даже мой Внутренний Голос как бы лениво сообщил, что моя Линия Тела временно стала толще на один волос. Невелик прирост.
— Чё это за дерьмо? — сказал Неронг Кхарт и выплюнул мясо. — Я такое есть не буду.
Ожидаемая реакция отпрыска славного мясного рода, который только-только начал оправляться от войны с родом Карехи. Неронг привык к хорошему мясу.
Инар Сарит съел свою порцию молча. И только презрительно ухмыльнулся, намекая, что Маджа Патунга — дешёвка, раз кормит отряд отбросами.
Дождавшись конца этой странной трапезы, Ашур сказал:
— Идите за мной. Ступайте тихо и молчите.
И подал нам пример: пригнувшись, прокрался вдоль стены ветролома. Фонарь в руке Ашура отбросил на металлическую стену синие отблески.
Где-то далеко в ночной темноте несколько раз мигнули фонари других отрядов и пропали.
Глава 20. Стена веток и жажда власти
Ашур и Инар Сарит двигались почти бесшумно, а я и Неронг гремели доспехами, как падающие грузовые акрабы.
Ашур оглянулся:
— Вас не учили связывать части доспехов, чтобы те не создавали шум?
— Учили, — ответил Неронг, — но мы забыли сделать это.
Ашур недовольно покачал головой.
Минут десять мы двигались вдоль монолитной стены Ветролома Моваха. Раздвигая ветки кустарников, взбирались на пригорки или скатывались в ямы. Пока в металлической поверхности не появилась огромная арка, заросшая ветками и стволами кривых деревьев.
— Хм, это мы не предусмотрели, — пробормотал Ашур. — Они закрыли вход стеной растений!
— Я могу призвать буйвола, который пробьёт заросли, — предложил Неронг.
— Слишком шумно, — покачал головой Ашур. — Нельзя выдавать себя раньше времени.
— У кого-то из нас есть хотя бы кристалл озарения «Ускользающий Свет»? — спросил Инар Сарит.
— Конечно есть, — недовольно ответил Ашур. — Но эта изгородь намеренно слишком толстая. Мы не сможем проскользнуть через неё. Стены Ветролома тоже не пропускают «Ускользающий Свет». Ведь это творение Создателей, на него не действуют озарения. И вообще, подручный, не задавай наивные вопросы. Если бы мы могли мигом очутиться в самом притоне, мы бы уже были там.
Инар Сарит виновато опустил голову.
У меня мелькнула смутная догадка:
— Раз это искусственная стена, то можно найти ветку, которая её открывает.
— Тут тысячи веток, — раздражённо ответил Ашур. — Каждая из них может быть нужной. Мы до утра будем искать.
— Дайте мне фонарь, — сказал я и вплотную подошёл к плотной стене деревьев и веток.
В домах дивианцев редко использовали внутренние двери. Заборы и ворота использовались только вокруг владений богатых родов. Да и то ставились не столько для ограждения, сколько для очерчивания территории. Даже вход во дворец мясного барона закрывался не воротами, а цепочкой стражников. А камера предварительного заключения в Прямом Пути перекрывалась хлипким шлагбаумом.