– Отчего она умерла? – спросил я, глядя на милое лицо женщины.
– От проклятой короны… будь проклят тот, кто сделал этот вирус, – протараторила женщина.
– Но ученые вроде говорили, что… – начал было я.
– Ах, оставьте, уже давно доказано, что это не природный вирус. Ученые были куплены, они врали, – женщина была уверена в своих словах и не хотела спора.
– Я, к сожалению, глубоко не занимался этим вопросом. Но тогда да, нехорошо это. Много людей умерло, хороших людей, пенсионеров… – я попытался как мог утешить мать.
– Ах, моя дочь, как же ты там! – проговорила женщина.
– Мэм, вам лучше уходить, поезжайте домой. Я детектив полиции, сегодня проходит спецоперация по поимке Бостонского душителя, в городе опасно, – сказал я. Мне нужно было спровадить ее, потому что вскоре я должен был превратиться в чудовище.
– Да, да, конечно. Начало темнеть. Это не к добру, – сказала женщина. Видимо, смерть дочери сделала ее суеверной. А может женщина такой и была.
Я отошел подальше от женщины и спрятался за деревьями. Меня уже клонило в сон, мне нужно было раздеться и спрятать одежду, чтобы потом вернуться за ней. Куксакер уже, наверное, ищет меня, думаю, он озадачен.
Я разделся и спрятал одежду в дупло дерева. Все было готово к моему превращению.
Не знаю, сколько времени прошло, но я проснулся уже в полной темноте. Ничего не было видно, только огни Волмарта и шоссе проглядывались вдалеке. Мой острый нюх учуял человека. И меня потянуло на этот запах. Пройдя немного я понял, что иду на всех четверых конечностях. Мне так было удобней и быстрей.
У входа все еще стоял пикап. Видимо, женщина не уехала. Я подошел к водительской стороне и посмотрел внутрь. Женщина спала, облокотившись на руль. Я дернул ручку двери своей когтистой большой лапой – дверь открылась.
Женщина безмятежно сопела. А ее тело манило и звало. Как же я хотел вцепиться своими клыками в ее мягкую шею, откусить кусочек, насладиться. Но я поборол желание, хлопнул дверью, чтобы она проснулась, и пошел прочь.
Не время было убивать невинных. Мне нужен был Фокс. Первым делом я побежал к его дому. Мне нужно было взять след Лесли Брауна по запаху крови, который был на паласе в гостиной.
Подойдя к месту преступления я почуял запах двух человек. Недалеко от дома Фокса стоял фургон, один из тех, которые дежурили у моего дома. Это были агенты ФБР.
Я пересек улицу и забежал во двор с другой стороны. Черный вход был заклеен лентой с надписью «Полиция». Я осторожно открыл дверь и проник внутрь. Понюхал ковер и запомнил запах крови Лесли Брауна. Свежий след тянулся прочь из дома через черный выход.
След вел в сторону водохранилища Садбери. Озеро было разлито на несколько миль, и его тут и там усеивали меленькие островки. На одном из этих островков я учуял запах Лесли Брауна, его кровь и все еще бьющееся сердце. Значит, он был жив. Фокса рядом с ним я не ощущал. Я кинулся в воду и поплыл.
До острова, где находился Лесли, было всего сто футов. Я одним махом преодолел это расстояние и вылез на глинистый берег. Было темно, но мой острый нюх помогал мне ориентироваться. Я пробирался сквозь ветки молодых деревьев, которые густо росли по всему острову. Лесли Браун был привязан к дереву недалеко от берега. Рот был замотан скотчем, правый бок кровоточил. Я подошел вплотную и тронул Лесли. Он был без сознания.
Я перегрыз веревку, которой Лесли был привязан к дереву. Теперь моя задача была переправить его на другой берег. Я рассудил, что моих сил должно хватить. Я оттащил Лесли к берегу. Мне приходилось идти на задних лапах, а передними тянуть тело. В воде я зажал пиджак Лесли зубами и потащил его на другой берег. Грести приходилось в два раза быстрей, чтобы вытянуть и свое тело, и тело Лесли. Вода затекала в рот, обжигая горло. Куксакер был прав – мой организм отвергал все, кроме крови и плоти. Силы начинали постепенно покидала меня. Я понимал, что мне нужно будет вскоре кого-то убить, чтобы выжить.
Я доплыл до берега, вытащил Лесли, положил его на обочину дороги, огибающей водохранилище, и побежал на кладбище. Я чувствовал, что вскоре засну.
Ранним утром я встал и достал зеркала. В одно зеркало я смотрел, а другим делал себе разрез на том же месте, где был небольшой шрам от прошлого. Я снял фольгу с маячка и вставил его в разрез. Через несколько минут шов затянулся. Дело было сделано. Вскоре подъехал фургон с пятью агентами. Они вышли в полной экипировке, в руках – карабины.
– Джерри Харисон, стой на месте, ты арестован! Работает ФБР, – сказал один из амбалов.
– Эй, ребята, в чем проблема. Где Куксакер? – закричал я, подняв руки.
– Руки за спину, а то в твою голову прилетит серебряная пуля, – сказал тот же амбал, видимо он был старший группы.