Агенты направили автоматы в темноту. И через несколько секунду в конце света фонариков, которые били метров на сто, начали вырисовывать десятки зеленых глаз и зубастые морды зверей.
– Огонь, – заорал Куксакер, – и сотни пуль полетели в тела и головы оборотней. Звери кувыркались и падали, брызги в свете фонарей придавали картине смертельную красоту. Через десять секунд все было кончено.
Десятки зверей валялись в грязной воде. Началась обратная трансформация – они становились вновь людьми с месивом из кожи, мяса и костей на лицах.
– Это разрывные пули. Новейшая разработка. Два, четыре, шесть, восемь, десять, двенадцать и еще один, – Куксакер считал убитых по парам.
Из разорванной артерии одного оборотня вытекала кровь. Я подставил пасть и стал помогать языком, направляя живительную струю себе в рот. Кровь и мясо оборотней давали мне больше сил, чем человеческие.
– Какая мерзость, Джерри, – сказал Куксакер.
Я вонзил передние лапы в центр грудины бедолаги и разорвал грудную клетку.
– Самое вкусное внутри, – на этих словах я вырвал сердце и проглотил его целиком, не жуя.
Затем я схватил правой лапой голову убитого и со всей силы жахнул ей о бетон. Череп треснул. Я надкусил его, тем самым расколов на две части. Мозги, как и сердце, я проглотил одним махом. Впереди много испытаний, и мне надо было подкрепиться.
Полный сил, я подняться на задние лапы и пошел вперед на запах Кривочлена. Этот ублюдок был близко, я чуял это.
Дальше мы шли в тишине. В какой-то момент я почувствовал резкий запах пороха. В воздухе летали железные нотки, а во рту было такое ощущение, что я облизал алюминиевую ложку. Раздался взрыв, с потолка посыпался бетон и кирпичи. Я оказался в полной темноте, присыпанный кусками бетона.
– Куксакер, ты живой? – крикнул я в темноту. Но ответа не последовало.
Жив ли Куксакер и его команда я не знал, но у меня оставался один путь.
В полной темноте я стал пробираться вперед, на запах оборотней и Фреда Джонсона. Вскоре я услышал топот ног: звери бежали мне навстречу.
Я пока не знал, сколько их, так как воздух в заваленном туннеле не двигался. Звук нарастал и в какой-то момент слился в один сплошной хлюпающий гул.
Авангард я встретил градом ударов. Я стоял на задних лапах, отталкивался ими, а передними бил по головам. Я полностью отдался инстинктам и волчьему чутью. В какой-то момент я осознал, что в темноте убивать проще и что глаза мне только мешали. Теперь я видел бой не глазами, а телом. Чувствовал соперника и реагировал на его действия. Принцип был очень простой – он быстрый, а я еще быстрее.
Эти оборотни были в сто раз слабее меня, но за счет количества они могли додавить. Поэтому я стал бить всеми четырьмя лапами, использовать пасть и давить телом на зверей. Не знаю, сколько длился бой, но по ощущениям пару минут. Десятки соперников были убиты, другие дергались в конвульсиях.
Успокоившись, я стал перегрызать шеи одному недобитому оборотню за другим. Их кровь давала мне дополнительные силы, я тяжело дышал и захлебывался кровью, впитывая ее глазами, которые ничего не видели. Насытившись, я пошел дальше на запах Кривочлена.
Глава 33. Цель Выродка становится понятной
Пройдя пятьсот шагов вперед, я почуял свежий воздух. Запах оборотней и Кривочлена оборвался, и я рухнул вниз. Я упал в воду, и течение понесло меня прочь из тоннеля. Я вышел на берег небольшой речки и отряхнулся по-собачьи. Тучи скрывали звезды. Впереди я видел очертания деревьев, которые казались миражом в ночной дымке. Запах существ я не чуял. Кривочлен исчез, как будто не было ни его, не оборотней, которые его сопровождали. Будто все это мне приснилось.
Тяжелая, хмурая ночь вступила в свои права и в полную силу властвовала, упиваясь свободой. В нескольких милях от меня виднелись огни улиц небольшого городка. Я добежал рысью до входа в город. Надпись гласила «Хопкинтон». Это был небольшой городок в тридцати милях от Бостона. Пару раз я здесь бывал по работе, расследуя убийства.
Я встал на колени и сделал над собой усилие. Моя мысль тут же превратилась в действие – я начал трансформироваться в человека. Через минуту я стучался в первый попавшийся мне на дороге дом. Я был голый, грязный, в бурых пятнах крови.
Мне открыла подслеповатая старушка в очках, она была в ночнушке, в левой руке у нее был томик библии.
– Здравствуйте, мадам, меня зовут Питер. На меня напали и отобрали одежду. Не могли бы вы мне помочь? – сказал я.
В США люди добрые и доверчивые, особенно в небольших городках. Гости здесь бывают не часто, и всем здесь рады, готовы помочь.
Старушка впустила меня в дом.