– Моего мужа тоже звали Питер. Он умер три года назад. Теперь я одна. Прими душ, сынок, его одежда тебе подойдет. Какой же ты грязный!
Через двадцать минут я, одетый в клетчатую рубашку и старые джинсы, сидел за столом. Старушка раскладывала угощения и даже не пыталась выведать у меня секреты. Было такое ощущение, что голые мужчины приходили к ней каждую ночь.
Я же сидел и думал о своем.
– Что же ты ничего не ешь, сынок? – спросила старушка.
– Не голоден, мадам, не до еды мне, – сказал я.
За окном замелькали проблесковые маячки полицейской машины.
– Я вызвала шерифа. Он разберется, – сказал старушка и мило улыбнулась.
На этих словах в комнату вошел высокий и толстый мужчина лет пятидесяти, чернокожий, с усами, как у Гитлера, с аккуратной бородкой на подбородке. Щеки были гладко выбриты. В зубах у шерифа была спичка. Языком шериф перекидывал эту спичку из одного угла рта в другой.
– Что тут происходит, мисс Пигвас? – спросил шериф.
– Вот, постучал голый в мою дверь, я впустила, – сказала старушка с несмываемой улыбкой на устах.
– Шериф, доброй ночь, – сказал я, – дело в том, что на меня напали. Я попросил помощи у этой женщины. Большое вам спасибо. А сейчас мне пора.
Я приподнялся со стула, но стоящий в дверях шериф покачал головой.
– Джерри Харисон, хватит дурить людям голову. Тебя каждая собака в США в лицо знает, – сказал шериф.
На этих словах он вытащил из кобуры револьвер и сделал шесть выстрелов в мою сторону. Все шесть пуль попали мне в грудь. От неожиданности я встал и растерянно посмотрел на шерифа, который уже мысленно выслушивал благодарности от Президента за проделанную работу и тратил сто миллионов долларов призовых.
– О мой бог, что же делается! – заверещала старушка.
Такое ощущение, что она больше переживала за ковер и стол, на который я мог вот-вот упасть, чем за то, что на ее глазах убивают человека.
Пока я соображал, что тут, собственно, происходит, шериф достал еще один револьвер и выстрелил в меня еще шесть раз. На шестом выстреле его уверенность закончилась, он посмотрел мне в глаза и стал перезаряжать револьвер. Патроны рассыпались и покатились по полу.
– Что же ты, козел, делаешь?! – крикнул я.
Резким движением руки я перевернул столь. Тарелки с выпечкой полетели в стену, пока они падали на пол, я подскочил к шерифу. Для него было все кончено в один миг. Я свернул ему шею, она весело хрустнула, и грузное тело упало на пол.
Мисс Пигвас задрала юбку, прикрылась ей и заорала. Я подошел к ней и вырубил одним мощным ударом в висок.
Затем я вышел из дома и сел в пикап шерифа. Первым делом я выключил проблесковые огни. Тишина, которой мне так не хватало, наконец, настала.
В машине лежал телефон шерифа. Я взял трубку и попросил «Сири» соединить меня с ФБР.
– Это Джерри Харисон, соедините меня с агентом Куксакером или его боссом, – сказал я.
Через минуту раздался голос Куксакера.
– Что там Джерри, нашел ублюдка? – спросил он.
– Нет, не нашел. Его след пропал из-за воды. Вы как, выбрались? – сказал я.
– Да. Все живы. След потерян. Жучок неактивен, выследить Кривочлена не можем.
– Я, кажется, знаю, куда Выродок мог податься. Я найду его и убью, – сказал я.
– Давай найдем вместе. Мы же команда, – сказал Куксакер, но в его голосе слышалась неуверенность.
– Скинь мне по СМС на этот номер свой мобильный. Завтра я с тобой свяжусь, и скажу, где находится Выродок. И ты сможешь его убить, – сказал я.
– Хорошо, кидаю! – сказал Куксакер.
– Дай мне время до завтрашней ночи. Не мешай мне, мы на одной стороне, – сказал я.
– Хорошо. Оборотни перестали действовать организованно. Сейчас это просто звери, которые по одиночке терроризируют Бостон. Видимо, Выродок ушел прочь, получив то, что хотел – своего дядю.
– Твои действия, что будешь делать с городом? – спросил я.
– В эти секунды пятнадцать тысяч оборотней бегают по Бостону и окрестностям, врываются в дома и убивают людей. Армия готова войти в город и все зачистить. Утром мы всех уничтожим, а в следующую ночь добьем тех, кто останется в живых.
– Будет великая бойня, – сказал я, – пострадают невинные.
– Невинные уже страдают. Поверь мне, сейчас правительство США мучают другие вопросы. А именно, как все это скрыть. Нам даже приходится вызывать искусственный дождь, чтобы закрыть небо от фотографий со спутников, – объяснил Куксакер.
– Погоди, ты же мне говорил… Или не ты говорил, может твой брат-близнец, которого я убил, что все мировое правительство в курсе эпидемии, – удивился я.
– Да, они все знают и даже используют бессмертие в своих целях. Но ты пойми, хаос сейчас никому не нужен. Если пойдут слухи, что США не контролируют ситуацию, нам несдобровать, – сказал Куксакер.