— И она имеет подтверждение, в моем лице, — озадаченно прошептал Сергей, указывая на себя, — то воспоминание. В нем я стою и наблюдаю за попыткой человека, со странной внешностью, сбежать.
Серый сосредоточился на странном образе, что, даже сейчас, при сильной усталости даёт о себе знать.
— Вокруг столы, старые медицинские приборы, колбы, иглы, — продолжал Сергей. — Похоже на лабораторию.
Ротин пробудил воспоминания. Они чёткими, красочными кадрами стояли перед глазами, также, как то строение молекулы в библиотеке.
— Что за человек? — спросил Вард.
Цветочник плохо разбирался в сновидениях и введения, так как сам редко на себе испытывал подобное. Он получает довольно много информации от растений, так что новое известие редко вызывает у него удивление.
— Обычно на снах сложно сфокусироваться, но здесь я видел все делали: светлые волосы с ярко просвечивающейся сединой, — Сергей видел перед собой того подростка, что не боялся. На его лице не было страха, а глаза излучали решимость, уверенность в своих действиях намерениях. — Он прыгал в пространстве, но не так как Джек. В случае телепорта в проёме темнота, у этого человека был свет. И часы, красивые.
— Ближе к делу, — попросил Вард, для наглядности покрутив в воздухе пальцем.
Сергей устало вздохнул. Осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться, что его не подслушивают. Он склонился и продолжил разговор:
— Этот парень пытался сбежать, — уверенно заявил Целитель, припоминая действия и движения незнакомца, — он мотался вокруг лабораторного стола и случайно опрокинул флягу. Я видел густой дым, его затянуло в вентиляцию.
— Думаешь, это и есть момент создания ротинов? — спросил Вард.
Парень знал, что подобный рассказ мог быть бредом, рождённых больным разумом на основе полученной ранее информации. Из-за этого ротин не хотел и не собирался верить собеседнику на слово.
— Я в этом не уверен, — озадаченно прошептал мальчишка.
— Но ты придерживаешься этой теории, — заявил Вард. — Почему?
Цветочник не верил в истинность сказанных слов, но не отказывался получить дополнительные сведения.
— Я наблюдаю за происходящим со стороны, как зритель, — пояснил Целитель. — Мой дед работал в лаборатории.
— Даже если это воспоминание твоего предка, нет никаких гарантий, что этот фрагмент памяти связан с нашим созданием.
Сергей покачал головой, отрицая.
— Я все проверил, — уверенно произнёс он. — Мой дед уволился с лаборатории, когда в ней, после дня открытых дверей, обнаружили утечку едкого вещества, — парень озвучил основной фактор, что послужил для него неопровержимым доказательством, — многие потомки гостей, что были на том приёме пробудились, как ротины.
Вард все ещё отказывался верить в правдивость рассказанной истории. Он обеспокоенно посмотрел на собеседника, что явно принимал увиденное за чистую монету и его его сильно задевало.
— Ладно, — согласился Цветочник, — предположим, я тебе поверил, — парень развёл руки в стороны, соглашаясь. — Зачем ты рассказал мне это?
Теперь Сергей недоверчиво посмотрел на друга. Он не мог понять смысла его противоречивых действий и намерений.
— Ты хотел знать, — озадаченно прошептал Целитель, припоминая их беседу в лесу, — да и так сложно держать в себе все это.
Сергей неуверенно, с опасением закончил предложение, надеясь, что получит поддержку в ответ.
— Серёж, я тебе верю, — твёрдо признал Вард, стараясь, чтобы его голос и тон выглядели убедительно. Он заметил страх, опасение в глазах молодого сородича, из-за чего обнял его.
Парень отстраниться от собеседникаи тогда, недолго думая, последовал его примеру.
— Кстати, я гей, — уверенно признал парень, что не сильно удивило Сергея. — Но не бойся, ты не в моём вкусе.
— Вовремя ты об этом сказал, — признал Целитель.
Странный внешний вид, подталкивали молодого ротина к подобному выводу. Правда: раса, пол, предрасположенность, вид, — все эти условные принципы деления живых организмов для него играли малую роль. Ровно с того момента, как он осознал свои сверхчеловеческие способности и стал оказывать помощь всем нуждающимся не зависимо от их предрасположенностей.
— Серёж, — ласково прошептал Цветочник и, тогда, Сергей заметил улыбку на его лице. Первую с момента прибытия в библиотеку Соломона, — давай немного побудем детьми.
— Что? — озадаченно спросил молодой ротин.
Сергей насторожился, услышав подобную просьбу после их серьёзного разговора, было непривычно и странно.
— Поиграем, как щенки, — пояснил Вард, чтобы развеять недопонимания с собеседником. — Ты сказал, эти воспоминания съедают тебя изнутри, меня тоже.
Вард не общается с сородичами. У него никогда не возникало желание поделиться, чем-то сокровенным с себе подобными и было понятно почему. Растения, в полной мере, компенсировали ему недостаток общения. А с Амилюм Планте он вообще мог беседовать на различные, запредельные темы и получать куда больше сведений и известных фактов, чем от любого другого собеседника.
— Моего народа нет, — огорченно признал Цветочник, — можно сказать, мы вымерли.
Сергей заметил с каким трудом, неуверенностью говорил собеседник.
— У меня был лучший друг, вернее, он считал нас друзьями, а я…
— Ты его любил, — заявил Сергей, заканчивая речь.
После извещения об ориентации, подобная новость не вызывала лишних вопросов, недопонимания. Сергей мог предположить о чем с ним хотели поговорить, но не понимал причины, для подобной искренности.
— Да, — согласился Вард, — он был ротином, очень больным. Все жители нашей деревни болели, что-то забирало их жизни. Я ухаживал за ним…
— Как его звали? — спросил Сергей.
Вард обеспокоенно посмотрел на собеседника. Молодой ротин спросил об имени, заметив, что собеседник специально его избегает.
— Клод, — огорченно признал Вард. — Он был слабым, но держался. Как же Клод страдал, а я ничего не мог поделать. — Сергей ощутил досаду в этих словах и сменившуюся гримасу боли на лице друга. — Просто: сидел рядом, доставал пищу, омывал ослабленное тело, защищал его от опасностей. Я делал все, чтобы он не чувствовал себя брошенным, но не успел. — Парень закончил неуверенно. — Меня не было рядом, когда его глаза помутнели.
Вард старался говорить деликатно, однако, по отношению к Целителю, что подобного в жизни много повидал, подобные прелюдии были излишними.
— Можешь не говорить, если…
Сергей не смог закончить фразу. Ему было сложно красиво сформулировать речь, так что он не стал её продолжать, надеясь, что собеседник и так все поймёт без лишних слов.
Вард долго не осмеливался говорить. Он собирался, но нужные слова никак не приходили на ум, а ещё требовательный строгий взгляд собеседника действовал на нервы.
— Я лежал рядом с ним, — вскоре признал Цветочник, — а меня окутывали лианы. Тело начало вонять, но я этого не заметил. — Вард усмехнулся поражаясь собственным словам и действиям, в тот момент. — Я тоже стал слабеть, но не из-за болезни.
Парень зажмурился, припоминая неясные кадры.
— Точно не помню, но меня нашла Катрин. — Вард смог различить в полуразмытом силуэте тонкие женские черты. — Она отправилась на задание с проверкой, а нашла меня. Я выжил, когда других…
— Ты живёшь ради них, ради Клода, — Сергей старался найти слова, чтобы поддержать друга. Так обычно говорят, стараясь сгладить проявления жестокой судьбы, что негативно влияет на психику.
Сергей все это знал из общения с родственниками пациентов. Он часто сталкивался с травмами, в результате несчастных случаев, порой, попадались случай, где люди накручивали себя.
— Нет, я живу потому что оказался стойким. — Уверенно отказал парень, отрицая попытку друга его успокоить. — Растения меня защитили, Амилюм Планте, эти плотоядные малышки редко отходят далеко от вампиров, но он, тот маленький росток, смог выжить. Это его ты видел в лесу.
Сергей вспомнил растение, что сразу показалось ему странным и дальнейшие пояснения о принадлежности и расположению сильно разнились с имеющимися данными.