Бедивир осмотрел её с ног до головы, молча, но страшно сопя. Затем сказал Марку всего одну фразу:
- Пусть не высовывается, - и с шумом удалился из кухни.
Миа не то чтобы хотела, чтоб они приняли её в свой круг, но ей отчаянно требовалась поддержка семьи, близких. Из-за этого она ощущала пустоту внутри, которую немного заполняли чувства к Марку, симпатия Валентины и Оливии. Сила по-прежнему оставалась сокрытой в ней, напоминая лишь слабыми толчками и покалыванием в пальцах.
Сегодня Миа занималась готовкой обеда, ведь она была помощницей поварихи. Про своё настоящее ремесло она тоже не забывала: повторяла заклинания, читала книги, подаренные Магдой, собирала травы. Последнее она старалась делать в полном уединении и без свидетелей. Юная колдунья хорошо помнила про иезуитов, пусть даже ещё не знающих о её существовании.
Когда Миа резала овощи, а Валентина тушила мясо с луком в огромном котелке, на кухню заглянула Оливия. К сестре Марка девушка чувствовала особое расположение, можно сказать, что та была её единственной подругой. Формой носа, длинными ресницами и цветом карих глаз она была похожа на брата. И, разумеется, огромным обаянием. От Оливии исходили приятное тепло, умиротворение и сильная энергетика – пикси всегда выражали бурную радость при её появлении. Она повязала фартук поверх своего бледно-голубого платья и хлопнула в ладоши:
- Ну, чем вам помочь? – она откинула на спину свою толстую пшеничную косу, бант на которой поправлял малютка пикси, и принялась исследовать содержимое ближайших кастрюль. – А с десертом что? Сделаю-ка я им фруктовый салат! – девушка подмигнула Мие.
Повариха, чьё лицо раскраснелось от пара, насмешливо фыркнула:
- Вряд ли их крепкие желудки оценят такое нежное лакомство. Пирог или пирожные – вот, что будет им по вкусу, - она шумно помешала мясо в котелке.
- Мы делаем пирог каждый день, - скорчила рожицу Миа, - давайте вносить разнообразие в меню, которое не менялось уже, бог знает, сколько лет, - и тут же осеклась: за такое Валентина могла выгнать её из кухни.
Но та лишь метнула колючий взгляд и ответила:
- И что же ты предлагаешь?
- Творожную запеканку, например, - примирительно сказала девушка. – Это любимое моё блюдо с детства.
- Вперёд! Только ответственность за десерт я с себя снимаю!
Оливия приобняла Мию за плечи:
- Я схожу в кладовку за творогом и яйцами.
Кухню освещали яркие солнечные лучи, в воздухе витали вкусные ароматы, на плите весело булькала картошка в кастрюле, а пикси промывали изюм. Миа, которая интенсивно мешала творожную массу, добиваясь её воздушности, окинула взглядом помещение и ласково улыбнулась:
- Дома кухня тоже было моим любимым местом.
Пикси, который летал возле колдуньи, что-то пропищал, Оливия рассмеялась:
- Он говорит, что лучше кухни не найти.
- Ты понимаешь, о чём они говорят? – изумилась Миа. – Я слышу только писк. Ай! – пикси в ответ потянули её за чёлку.
Оливия недоумённо пожала плечами.
- Ну да, давно уже…
Миа заметила, как проницательно посмотрела на Оливию Валентина, но ничего не сказала.
Бедивир откинулся на спинку стула и довольно похлопал себя по толстому животу.
- Валентина сегодня особенно постаралась. Особенно запеканка… - он довольно причмокнул и покачал головой.
- Запеканку приготовили Миа и Оливия, - сказала служанка, убирающая приборы.
Бедивир закашлялся. Габриэль почувствовала, что сейчас будет очередная тирада отца и, быстренько отодвинув тарелку, вышла из-за стола.
- Вернись! – рявкнул Бедивир. – Я знаю, что вы втроём заодно.
За столом были только Марк и Адам. Недовольная девушка вернулась на место.
- Что она здесь делает? До сих пор? – О Брайен насуплено смотрел на Марка из-под кустистых бровей. – Почему она не там, где ей место?
- Там ей угрожает опасность, - спокойно ответил Марк. – Девушка может быть нам полезна, к тому же она неплохо справляется на кухне. Ты сам только что это признал, - вкрадчивым тоном добавил он.