- Когда я обнаружил подсудимую в частной клинике «Исида» города Бостон, то стал вести слежку. Спустя время наши опасения подтвердились: подсудимая помогала демонам, она восстанавливала их силы и лечила раны после столкновений с рыцарями, - твёрдо ответил Марк на очередной вопрос судьи.
Миа хотела выкрикнуть что-то в протест, но сжавший горло спазм не дал ей вымолвить ни слова. Внутри росли злость и возмущение. Глаза оставались сухими – разве мало она уже выплакала слёз, разве мало переживала? Как он может так её предавать, прямо здесь, у неё на глазах? Миа неоднократно видела рыцаря хмурым, озабоченным, расстроенным и даже злым, но она всегда была уверена в его доброте и порядочности. Теперь же было всё по-другому. Девушка в упор смотрела на рыцаря: возможно, дрогнет какой-то мускул на его лице или взгляд смягчится хотя бы на секунду, чтобы дать ей понять – его чувства к ней в силе, а этот суд – сплошной обман! Но нет – Марк даже не смотрел на Мию; ни взором, ни жестом, ни намёком он не показал своего участия или интереса. Его красивое лицо было таким же надменным и жестоким, как у иезуитов.
- Мы долгое время следили за подругой Мии Хейл – Сюзи Монтана. К несчастью, демонесса оказалась сильнее, - рыцарь немного помолчал, - она убила Сидмона МакДугалла и завладела Сюзи. - Да, - продолжил он, - Миа Хейл определённо виновна.
Девушка была потрясена. Страх ушёл, прежние волнения казались мелочными и незначительными, её грудь сотрясалась от неровных толчков сердца, она часто и прерывисто дышала. Колдунья посмотрела на брата и сестру О’Брайенов – те выглядели встревоженными. «И чем же вы так взволнованы?», - хотелось крикнуть ей, - «Своим предательством?». И сквозь ладони Миа вдруг ощутила, как сила возвращается к ней приятной упругой волной. Энергия была сильна, как никогда, она окутывала колдунью мягким плотным коконом и сконцентрировалась огненным комком в солнечном сплетении, посылая электрические импульсы во все клеточки её тела. Если раньше эти ощущения всегда пугали Мию, то теперь боязни не было, остались только ярость и возмущение. Силу теперь она приняла как данность, как часть своей натуры, и от этого колдунья почувствовала необыкновенную уверенность в себе и обрела почву под ногами. Если ей никто не собирается помогать, что ж, пора научиться самой себя защищать.
Ослеплённая своим гневом, она не замечала, как охранный круг вокруг неё начал мерцать, как Марк кинул один пристальный взгляд на девушку, как стул, на котором она сидела, начал вибрировать.
Брат Иероним, отпустив взмахом руки Марка, встал для вынесения приговора. Для Мии это стало последней каплей.
- А как же допрос обвиняемой? – выкрикнула она, вскочив со стула. В зале зашептались. – Неужели я не имею права голоса?
В зале встал один из иезуитов – тот самый, с добрым лицом:
- Девочка права, она имеет право на изложение своей версии.
Иероним оскалился:
- Я знаю законы, брат Антоний. Но сейчас мы имеем дело с весьма исключительным случаем. Эта ведьма не только хитра, но и опасна. Обвиняемая, сядьте! – к ней подскочили монахи, но Миа выставила вперёд руку и те застыли, как вкопанные. Иероним пытался что-то сказать, но его сразил сильный приступ кашля. Брат Антоний пристально и спокойно взглянул на Мию. По присутствующим пробежала волна тревоги.
- В этом зале, - вскинув голову, продолжила девушка, - много заклинаний, говорящих о справедливости. Но то, что здесь сейчас происходит, к справедливости не имеет никакого отношения!
Один из судей-иезуитов схватил молоточек и начал стучать, но тот не издал ни звука. Иеронима продолжал сотрясать кашель. Миа зловеще усмехнулась и продолжила:
- Да, я признаю, что делилась своей энергией с тёмными силами, да, я признаю, что сотрудничала с ними. Но я тогда ничего не понимала и была под чарами! – выкрикнула девушка, вспоминая неприятный вкус варева, которым постоянно потчевал её Стэнфорд-младший. – Если здесь все владеют волшебством, если тут вершится справедливый суд, то должны же быть какие-то способы, которые могут доказать, что я говорю правду! Даже у людей есть детектор лжи!