- Тогда риск был оправдан.
Миа вошла в дом – на кухне рыцари отчаянно о чём-то спорили. Ей улыбнулась Оливия, уходившая в свою комнату – вот кто нервничал меньше всех. Сестра Марка вообще казалась неземным существом вроде ангелов или фей: Миа никогда не видела её в бурной радости, волнении или гневе – спокойствие и принятие были её постоянными спутниками.
- Без доказательств наши доводы – ничто, - сказал Марк. – Мы преступили законы, существовавшие столетиями до нашего рождения, - рыцарь говорил уверенно, но было видно, как он взволнован. – До недавнего времени всё работало, как часы: кланы защищали мир от зла, колдовской круг, фейри, драконы нам помогали, а иезуиты всё контролировали.
Миа тихонько вошла на кухню и стала готовить себе чай. О’Салливан не обернулся, хотя мышцы его спины напряглись, он продолжил:
- Но что-то сломало эту схему, с каких пор иезуиты принимают такие решения, которые идут во вред всем остальным, кроме демонов?
Адам запустил пятерню в свои рыжие волосы и засопел. «Сейчас он так похож на Бедивира», - подумалось Мие. В этот момент Марк повернул голову в сторону и небрежно бросил: - Сделай и мне чаю.
«Мог бы и сказать «пожалуйста», - мысленно огрызнулась она и открыла жестяную банку с терпко пахнущими листьями.
Марк ногой подвинул себе табурет и рухнул на него тяжестью мускулистого тела. Мию, которую приводили в неописуемый восторг все движения рыцаря, заставила себя смотреть на кружащиеся в чашке чаинки. Он устало потёр пальцами виски и ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. Видно было, что он не решается высказать уже давно созревшую в нём идею:
- Мне кажется… Нет, я уверен, что всё это началось достаточно давно. – и на минуту на кухне снова воцарилось тяжёлое, давящее молчание.
- Ты имеешь в виду… - начал Адам.
- Да.
- Гибель твоей семьи…- промолвила Габи.
Миа окинула их взглядом: общаться намёками и полуфразами могут только очень близкие, хорошо понимающие друг друга люди. В этот момент они втроём выглядели единым целым, связанным большими узами, чем кровное родство, чем клятвы верности.
Девушка внезапно снова почувствовала себя чужой. Поставив чашку рядом с Марком, она поспешила уйти. Рыцарь удержал её за руку:
- Останься, ты нужна.
От прикосновения нутро Мии затрепетало, однако, она с непроницаемым лицом и поднятыми бровями спросила:
- Хочешь ещё чаю?
Марк усмехнулся и потянул её на соседний табурет. За последние несколько дней Миа впервые видела его так близко: тёмно-карие глаза в обрамлении чёрных ресниц смотрели насмешливо и ласково. Когда она села, он так и не выпустил из руки её ладонь и сердце Мии радостно подпрыгнуло. Габи, со стороны наблюдавшая за их эмоциями, отвела глаза: в их родном круге остался её любимый, и она даже не знала, что с ним. Они даже не успели объясниться.
Марк не мог позволить чувствам одержать над собой верх, особенно сейчас, когда надо было всё держать под контролем, планировать, выверять каждый поступок и действовать. Но он не мог признаться себе, что держать её за руку и заглядывать в бездонные глаза цвета весенней листвы было необыкновенно приятно. О симпатии девушки Марк догадывался, боясь ответной собственной реакции. И давнее предание о предательстве рыцаря ведьмой частенько вспоминалось.
Рыцарь выпустил руку Мии и снова его взгляд стал суровым и сосредоточенным:
- Нам надо разъединиться.
Снова? Когда они только начали действовать вместе?
- Опять какой-то таинственный замысел? – съязвила колдунья.
- Так будет лучше, - снова уклончиво ответил Марк.
- Да пропади ты пропадом со своими секретами! - воскликнула Миа. Габи обнадёживающе ей подмигнула и, допив чай, направилась к выходу. Адам последовал за сестрой.
- Мы только… - девушка запнулась. – Начали действовать сообща, как ты хочешь снова нас разделить?