Глава 12.
Полоз не лгал, около мельницы взаправду находились стойла, в которых мирно жевали сено кони. Одним из жеребцов был вороной лютый конь Гирей, молодой жеребец, который принадлежал Полозу лично. Мужчина привычным жестом вскочил в седло и бережно, даже нежно усадил перед собой Лаюри, усадив ее боком, как желательно было ездить приличной женщине, и отвязал троих коней, выезжая ближе к городу, только девушка беспокоилась, озираясь и ничего не видя
- не бойся, все будет хорошо, я рядом и защищу тебя... - негромко произнес ей мужчина, бережно заправив выбившуюся прядь волос девушкк за ушко и прижал ее к своей груди, не отпуская ее, на что ее узкие продолговатые ладони осторожно прикоснулись к плечу и груди мужчины, и Лаюри доверчиво прильнула к нему, ощущая в нем силу и надежное плечо. Только ее чутье упрямо твердило о приближающейся беде, поэтому на ее ресницах затрепетали скупые слезы.
- Пожалуйста, едем в таверну... чует мое сердце, что- то случилось там.
- нет. Они скоро появятся. - змей пожал плечами, лишь крепче сжимая девушку в объятиях. Ранее он не мог себе позволить такой роскоши, как искренние проявления чувств к неравнодушной ему девушке, только вот мужчина понимал и помнил о их огромной разнице в возрасте, Лаюри была младше него на добрые два десятка лет. Но сейчас, видя ее в непривычно беспомощном состоянии, уязвимую и и ослабленную, он готов был забыть о чем угодно, лишь бы она была в безопасности. Сама Лаюри, в большей мере, воспринимала его как взрослого друга, который всегда подтрунивал над ней с целью развеселить, мог дать совет в абсолютно любой ситуации и, что ее поражало, всегда поддерживал ее, даже уважал, несмотря на ее юность. Она всей душой уважала этого человека, и по-своему была привязана к нему, а сердце ее ощущалось целостнее когда Змей был рядом. Именно поэтому сейчас она не пыталась отстраняться или требовать соблюдать ее личное пространство, а наоборот, искала у него поддержки, которую он и рад был оказать.
- очень прошу, идем навстречу.. пожалуйста, они ведь юные, я не прощу себе если им причинят вред.. - шептала, уткнувшись лбом в плечо мужчины и закрыв глаза. Он лишь тяжело вздохнул и серьезно посмотрел на нее, разъясняя как маленькому ребенку, поддерживая ее чтобы случайно она не сползла с коня.
- там инквизиторы. В твоем состоянии станешь мишенью - можешь не выжить. Я не всесилен, и ты это знаешь.
- а еще, не забудь, я в одиночку могу справиться с бойцами. Если только не произойдет повтор провала на экзамене.. - от одного этого воспоминания ее настроение сильно ухудшилось и девушка опустила голову, замолчав и тихо выдохнув.
- это не был провал, хоть сейчас, возможно, ты именно так и думаешь. Но сейчас нам нужно именно ждать, иначе мы все подставимся. - Змей растерянно взглянул на расстроившуюся девушку и невесомо погладил ее по мягким, податливым волосам. Лаюри перехватила его руку и упрямо ткнула пальцем его в грудь, смотря слегка сердито на мужчину и выпрямилась.
- я не ребенок, не надо обо мне беспокоиться. Себя я защищу, поэтому вытащи Ниири с Мирианом. Я отвлеку инквизиторов на себя. Ты знаешь, некоторые мои способности, скажем так, эффектны. - усмехнулась и подтянула уздечку одной из кобыл, выудив ее из руки Полоза
- только... помоги мне сесть, будь добр. - она залилась краской, стыдясь своей слабости, на что мужчина только по-доброму усмехнулся и поцеловал девушку в макушку, из-за чего она немного притихла, смутившись, и позволила ему взяться за свое тело, пересаживая на другую лошадь.
- только учти, женщина, если тебя ранят, то спасать буду тебя, а не тех двоих. Поняла?- Змей спросил уже серьезно, на что девушка безмятежно улыбнулась и обняла свою кобылу за шею, зарываясь в ее гриву и полулегла на ней, стащив с нее седло и удерживаясь естественным образом. Седло передала Полозу, и ласково провела пальцами по чистой, гладкой шерсти своей кобылки
- надеюсь, этого не случится...
Тогда уже Полоз начал идти рысью, постепенно переходя в галоп, а Лаюри ориентировалась по звуку, передвигаясь вслед за ним и не отставая и постепенно начиная ощущать внутренним зрением своего скакуна, коня Змея и самого мужчину. Девушка доверилась лошади, мягко поглаживая ее жесткую, но явно расчесанную гриву, а кобыла попалась покладистая, не норовила сбросить ее с себя и довольно пряла ушами от ласковых, нежных прикосновений девичьих пальчиков.
Тем временем Мириан, вместе со своей сестрой Ниири, всерьез сражался за свою жизнь. Из-за того что слух юноши был блокирован, отчасти он ощущал себя слепым и более беспомощным на поле боя, ощущая его гораздо менее целостно. Ранее он слыл искусным бойцом и в этом ему способствовал острый, истинно волчий слух, которым он мог гордиться по праву. Сейчас же он мог ориентироваться исключительно с помощью зрения, поскольку запахов в таверне было и без того слишком много, каждый из них наслаивался и взаимопроникал друг в друга, поэтому в этом круговороте запахов сложно было понять, какой из них принадлежит кому. Из-за того что нападающих было пятеро, и нападали они не совсем синхронно, ему было сложно приспособиться к ним и вести эффективно бой. Сестра неустанно прикрывала ему спину, несмотря на то что преимущество было явно не в их пользу, а противники были явно другой весовой категории чем легкая девушка, которая о телосложению очень напоминала подростка, отчасти оформившегося, это было бы глупо отрицать, но все еще подростка. Удерживать боевую форму, пусть даже и неполную, ей было тяжело и давалось это с большим трудом, одно только осознание что единственным шансом на спасение для них сейчас был добраться до лошадей Полоза еще до появления инквизиторов, и что сейчас уже, вероятно, их не ждут, сейчас и питало ее силы. Мириан понимал без лишних слов, что другого шанса, кроме как преодолеть ловушку инквизиторов, у них нет. Только вот каждый раз когда противники падали, окровавленные и искалеченные, на пол, за доли секунды эти монстры поднимались на ноги, регенерируя с невероятной скоростью прямо на глазах, не давая им выйти за пределы таверны.