Пока мы шли, нам почти никто не встретился. Только пара инженеров и один солдат. Мы оперативно прятались среди труб и проводов и умудрились проскочить до нужной части корабля незаметно. А вот дальше, следовало идти намного осторожнее. Первым вниз полез я, так как ракетный этаж был обустроен ниже технического. Ракеты запускались из отсеков в палубе. Я аккуратно вылез из аварийного люка и огляделся. Было тихо. Я дал сигнал Толе, и мы аккуратно пошли в сторону ракетного отсека. Здесь было несколько моряков МУГЛ. Они были без оружия и только у офицера кажется был пистолет.
Мы решили действовать быстро, вошли в отсек, и начали синхронно стрелять из наших энерго-дробовиков. Первым попался парнишка за столом - его сбило с ног, и он полетел без сознания на пол, затем шлёпнуло офицера, который потянулся было за пистолетом, затем, я вовремя вырубил ещё одного матроса, который хотел нажать кнопку тревоги. Через минуту все матросы лежали без сознания, и должны были пролежать так ещё не меньше получаса. Всего ракет было пять, но в каждой по несколько боеголовок яда VX, в количестве достаточном, чтобы отравить целый город. “Господи, и зачем им только эта дрянь в космосе?” воскликнул я в недоумении.
Толя рявкнул, “У нас нет времени на это! Нам нужно сломать эти ракеты!/Давай сначала обезвредим их! “ - мгновение спустя, он уже смог спокойно объяснить - “Единственный надёжный способ сделать это – открыть боевую часть, и вытащить боеголовки с газом. Мы выкинем их в космос, затем дробовиками проплавим сопла ракет так, что они не смогут никуда лететь.” Сказать было проще, чем сделать. Но мы за рекордные десять минут сломали переднюю часть каждой ракеты, не без помощи разводного ключа, достали боеголовки, которые были похожи на маленькие ракеты. Затем настала очередь сопел. Оказалось, что дробовики имели не один режим стрельбы. Мы переключили их на самый мощный, и за пару выстрелов сопло ракеты плавилось так, что она уже никуда не годилась.
Затем мы запихали боеголовки в шахты запуска ракет, закрыли их и открыли люки. В иллюминатор было видно, как боеголовки улетают в космос. И тут в отсек забежало несколько солдат с автоматами. Мы спрятались за одной из ракет. Солдаты нещадно поливали ракету свинцом, и, кажется, даже не думали, что попади они по иллюминатору им всем крышка. Толя переключил энерго-дробовик на нелетальный режим, и высунулся было уложить одного из солдат, как ему по грудине прошла очередь. И, его отбросило на пол. Я подскочил к нему. Он замахал руками. “Всё нормально. Рёбра может, и пострадали. Но, в целом, я в порядке.” Я решил действовать аккуратнее, и высунул только дробовик для выстрела. Тот характерно рявкнул, один из солдат вырубился. Стрельба закончилась, казалось, солдаты с той стороны выжидали. Я предложил синхронно вырубить, как тех солдатиков в отсеке. Нужен был мощный выброс адреналина. Тело как будто само решило помочь, и наполнилось необычайной легкостью. Мы буквально выкатились из-под ракеты. Пока солдаты целились, мы уже стреляли. Буквально за пару секунд всё было кончено. Нужно было срочно делать ноги. Мы перешагнули через спящих солдат и дали дёру, насколько позволяла искусственная гравитация внутри дредноута.
По пути нам пришлось вырубить ещё несколько членов команды корабля, они пытались кинуться на нас с какими-то подобиями кортиков, но были вовремя дезактивированы/выведены из игры/вырублены энерго-дробовиками. Когда мы добрались до нашей двери на корабле, там уже вовсю орал сигнал тревоги. Мы подбежали к люку, в который вышли, и пока Толя его открывал, я смотрел по сторонам, чтобы нас никто не пострелял в спину. Толя сильно корчился и было видно, что ему больно открывать ручку люка.
Наконец, мы зашли в комнату разгерметизации, закрыли люк и несколько секунд ждали, пока насосы выкачают воздух. Магнитные ботинки моментально включились, зафиксировав вакуум. Конечно, по=хорошему, нужно было сделать всё абсолютно бесшумно, но мы же не профессионалы. Наконец, мы вышли на лестницу. И быстро, насколько это возможно в магнитных ботинках, начали открывать магнитные замки на тросе, затем, как два жулика ”на цыпочках“побежали к шаттлу и, как финальный аккорд, пихали его внутрь. Чёртов кабель пытался улизнуть, но мы, наконец, запихали его обратно. Включили процесс герметизации кабины, сели в кресла, надели ремни и рванули, оставаясь невидимыми, на всех парах от дредноута.