Битых полчаса мы, как могли, бесшумно пробирались к входу в бункер, одним из бонусов бытия больше чем человеком оказалось, что мы теперь умеем совершенно не двигаться, и забираться на высокие склоны, благодаря умению высоко прыгать. Наконец, мы оказались прямо над входом в бункер, над головами у штурмовиков МУГЛ. Еще пять минут мы пытались договориться языком жестов, кто будет в кого стрелять, потом прицелились, и на внутренний счёт “Раз...Два...Три” выстрелили каждый в свою цель. Дробовик в руке рявкнул, но даже не дёрнулся в моей железной хватке. Я инстинктивно перезарядил цевье. Едва мы спрыгнули с десятиметровой высоты, как тут из бункера выбежали штурмовики иначали стрелять; я пригнулся, но пуля из автомата влетела мне куда-то в область живота, я разозлился, и дробовик рявкнул ещё два раза. Толя с почти неуловимой скоростью подбежал к последнему штурмовику и залепил ему кулаком в лицо, штурмовика отбросило на пару метров назад. Было видно, что маска погнулась в аккурат по форме его кулака. Было тихо, я перезарядил дробовик, и пустая гильза шлёпнулась на песок. “Три патрона осталось”, подумалось. Мы аккуратно вошли в бункер, пошли до нанокузницы, и увидели, как прямо в проходе человек в офицерской форме МУГЛ держал пистолет прямо у головы Малак-Ча (до нанокузницы. Там, прямо в проходе стоял человек/мы увидели человека/ в форме МУГЛ. Он держал пистолет..)и смотрел на нас без всякого страха. “Положите оружие на пол, или ваш друг умрёт.” Я заколебался, но Толя сразу кинул дробовик на пол. Мне не оставалось ничего другого, как последовать его примеру. Заболел живот в области попадания пули. Офицер продолжил - “Скажите вашему другу, чтобы он открыл нанокузницу, или я буду стрелять по его детям, которые стоят прямо за мной”. Офицер затащил Малак-Ча внутрь комнаты с нанокузницей и направил пистолет на яйца, которые стояли на столе. Мы прошли внутрь комнаты с поднятыми руками. Что делать, было непонятно. Открывать кузницу было нельзя. И тут у меня что-то щёлкнуло в голове, я смог бы разогнаться за долю секунды и выбить оружие из руки офицера, потом повалить его на землю. Не успел я подумать это, как тут же бросился на офицера. Время, казалось, немного замедлило свой бег. Я подлетел к офицеру, ударил по руке, Малак-Ча отскочил в сторону и мы кубарём повалились на землю. Офицер, лицо которого было совершенно невыразительным, а глаза пустыми, оперативно начал бить меня по месту ранения, я схватил его руки и после небольшой схватки таки дал ему по лицу с достаточной силой, чтобы он потерял сознание.
Мы связали офицера и перенесли его в комнату, похожую на тюремную. Малак-Ча внимательно осмотрел мою рану и сообщил, что ранение не смертельное и через короткий срок наноботы залечат рану. Я облегчённо вздохнул. Мы решили немного отдохнуть. Толя предложил мне несколько таблеток сильного обезболивающего. Затем мы достали лопаты из грузового отсека нашего Шаттла и начали копать могилы для погибших спецназовцев. Мы решили забрать у них патроны и оружие. Когда сняли с них кевларовые маски, оказалось, что у них одинаковые лица. “Похоже, что это клоны.” - констатировал я, когда мы уложили тела рядком в могилы. Толя ответил “Я не удивлён. Это единственный путь быстро начать репопуляцию.” Затем мы закопали бедолаг. Толя перекрестился. Мне это показалось странным.
- Тебе не кажется, что наш Бог исчез вместе с нашей реальностью?”
Физик отмахнулся.
– Не думаю. Пусть он простит нас за наши дела.
Затем Толя начал читать какую-то молитву. Мне, конечно, было не по себе. Малак-Ча стоял и с интересом наблюдал за Анатолием. В конце, он перекрестился и пошёл подготавливать Шаттл. Я посмотрел на Малак-Ча и развёл руками. Было непонятно, понял он мой жест или нет.
Уже сев в кресло, я спросил у Анатолия, “а ты действительно веришь?” Он посмотрел на меня и грустно ответил “Нашего мира больше нет. Возможно, это была последняя молитва, которую кто-либо читал. Теперь нас ждёт другой мир. Старый мы похоронили вместе с этими клонами.” Почему-то стало очень грустно, и слёзы подкатили к глазам. Мы взлетели и отправились в сторону планеты Воркс. Я смотрел на бесконечные звёзды, которые были перед нами. “Теперь мы отправляемся через океан звёзд. Нас ждёт будущее.”