— Как кто-либо может чувствовать себя настолько значительным, когда мы знаем, что смерть выслеживает нас? — спросил дон Хуан.
Я чувствовал, что ответа не требуется. Впрочем, в любом случае я был не в состоянии что-либо произнести. Совершенно новое настроение овладело мной.
А дон Хуан продолжал:
— Когда ты в нетерпении или раздражен — оглянись налево и спроси совета у своей смерти. Огромное количество мелочности отлетит прочь, если смерть подаст тебе знак или если краем глаза ты уловишь ее движение, или просто почувствуешь, что твой попутчик за тобой наблюдает.
Он снова наклонился ко мне и прошептал в самое ухо, что, резко оглянувшись налево по его знаку, я опять увижу на камне свою смерть.
Он едва заметно мигнул, но оглянуться я не отважился. Я сказал, что верю, и что в этом плане ему больше нет нужды на меня давить, потому что я и так в ужасе. Дон Хуан разразился своим раскатистым утробным смехом.
Он ответил, что в вопросе, касающемся нашей смерти, никогда нельзя надавить на человека так сильно, как следовало бы. Но я возразил, сказав, что в моем случае бессмысленно столь углубленно это рассматривать, потому что ничего, кроме ощущения страха и дискомфорта, мысль о смерти мне не дает.
— Ты просто доверху набит всяким вздором! — воскликнул он. — Единственный мудрый советчик, который у нас есть, — это смерть. Каждый раз, когда ты чувствуешь, как это часто с тобой бывает, что все складывается из рук вон плохо и ты на грани полного краха, повернись налево и спроси у своей смерти, так ли это. И твоя смерть ответит, что ты ошибаешься и что кроме ее прикосновения нет ничего, что действительно имело бы значение. Твоя смерть скажет: «Я еще не коснулась тебя!»
Дон Хуан покачал головой, как бы ожидая моей реакции. Но мне нечего было сказать. Мысли в бешеном темпе сменяли одна другую. По моему самомнению был нанесен сокрушительный удар. В свете моей смерти мелочность раздражения по адресу дона Хуана была абсурдной.
Я чувствовал, что дон Хуан в полной мере осознает все те изменения, которые произошли в моем настроении. Он повернул ход событий в свою пользу. Он начал напевать мексиканскую песенку.
— Да, — мягко произнес он после длинной паузы. — Один из нас должен измениться и быстро. Один из нас должен снова осознать, что смерть — это охотник и что она всегда слева от нас. Один из нас должен обратиться к смерти за советом, чтобы избавиться от этой проклятой мелочности, свойственной людям, которые живут так, словно смерть никогда их не коснется.
Больше часа мы молчали, а потом пошли обратно. Несколько часов мы петляли по пустынному чапаралю. Я не спрашивал, для чего это нужно, — это не имело значения. Каким-то образом дону Хуану удалось вернуть мне давно забытое чувство чистой радости оттого, что я просто иду, без придания этому какой-либо разумной цели. Я захотел еще раз взглянуть на то, что видел там, на камне.
— Сделай так, чтобы я смог еще раз увидеть ту тень, — попросил я.
— Ты говоришь о своей смерти, да? — уточнил дон Хуан с оттенком иронии в голосе.
Мгновение я сопротивлялся тому, чтобы произнести это, но в конце концов сказал:
— Да. Сделай так, чтобы я смог еще раз увидеть свою смерть.
— Не сейчас, — сказал он. — Сейчас ты слишком тверд.
— Извини, не понял?
Дон Хуан засмеялся, и смех его почему-то не был обидным и предательским, как раньше. Я бы не сказал, что теперь он смеялся не так, как прежде, — тон, громкость и настроение этого смеха остались неизменными. Но новый элемент все же присутствовал, и элементом этим было мое настроение. С точки зрения неотступности смерти мое раздражение и все мои страхи становились совершенно бессмысленной ерундой.
— Тогда позволь мне поговорить с растениями, — попросил я.
Дон Хуан разразился хохотом.
— Сейчас ты слишком хорош, — сказал он, не переставая смеяться. — Тебя бросает из крайности в крайность. Будь спокойным. Ни к чему разговаривать с растениями, если тебе не нужно узнать их секреты, а для этого главное, что тебе потребуется — это несгибаемое намерение. Так что прибереги свои наилучшие побуждения для другого случая. Точно так же нет необходимости в том, чтобы встречаться со смертью. Достаточно чувствовать ее присутствие рядом с собой.
Глава 5. Принятие ответственности
Вторник, 11 апреля 1961
Ранним утром 9 апреля я приехал к дому дона Хуана. Было воскресенье.
— Доброе утро, дон Хуан! — поздоровался я. — Рад тебя видеть!
Взглянув на меня, он мягко рассмеялся. Он подошел к машине, открыл дверцу и держал ее, пока я вытаскивал пакеты с продуктами, которые привез ему.