— Большой аквариум, — Джон Дулитл нахмурился в задумчивости, — где он набрался всех этих выражений?
Внезапно Доктор так и подпрыгнул на стуле:
— Понял! — завопил он. — Эта рыбка уплыла из аквариума. Ну конечно же! Посмотри, что он говорит: «Открытки с видами» — их всегда предлагают посетителям аквариумов; «Не плевать!», «Не курить!», «Сюда, пожалуйста» — это слова служителей. Ну и потом: «Ой, посмотри какой!» — ведь такое можно услышать от посетителей, разглядывающих какую-нибудь необычную рыбу. Все сходится! Несомненно, Стаббинс, он вырвался из неволи и, возможно, даже вполне вероятно, что с его помощью я наконец сумею установить связь с моллюсками. Вот это удача!
ГЛАВА 2 ИСТОРИЯ ФИДЖИТА
Теперь, когда Доктор сел на своего любимого конька — изучение языка моллюсков, остановить его уже было невозможно. Он работал всю ночь напролет.
Я заснул сразу после полуночи, прямо на стуле. Бампо одолел сон в два часа ночи у штурвала, и в течение пяти часов «Кроншнеп» плыл без всякого управления. Но Джон Дулитл не оставлял своего занятия, он изо всех сил старался понять язык, на котором разговаривал фиджит, и научить фиджита понимать, что он сам ему говорит.
Когда я проснулся, было уже утро. Доктор все стоял у аквариума, он выглядел усталым и похожим на мокрую сову. Но лицо его светилось гордой и счастливой улыбкой.
— Стаббинс, — произнес он, как только заметил, что я пошевелился, — я нашел ключ к языку фиджита. Это невероятно трудный язык, пожалуй, самый сложный из всех, что я знаю. Он немного напоминает древнееврейский. Разумеется, это еще не язык моллюсков, но важный шаг вперед сделан. Теперь вот что — возьми, пожалуйста, тетрадь и записывай все, что я тебе скажу. Фиджит обещал мне рассказать историю своей жизни. Я буду переводить ее на английский, а ты записывать за мной. Готов?
Доктор снова опустил ухо в воду, а я держал карандаш наготове. Вот перед вами история, которую поведал нам фиджит, и беседа, которую я записал.
ТРИНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ В АКВАРИУМЕЯ родился в Тихом океане у берегов Чили. В нашей семье было две тысячи пятьсот десять детей. Однако семья была, по сути, уничтожена стаей китов, которые постоянно преследовали нас. Мы с сестрой Клиппой — это была моя любимая сестра — чудом уцелели. Вообще-то от китов не так уж трудно улизнуть, если умеешь лавировать и делать резкие повороты. Но в тот раз за мной и сестрой увязался страшно подлый кит. Если нам и удавалось спрятаться от него под камнем или где-то еще, он все равно возвращался к этому месту и охотился за нами до тех пор, пока не выгонял нас на водный простор. В жизни своей не видел такого отвратительного животного.
Он гнал нас целые сотни миль на север, к западным берегам Южной Америки, но нам все-таки удалось уйти от погони. Пока мы переводили дух, мимо нас пронеслась семья фиджитов, которая в испуге вопила: «Спасайтесь! За нами гонятся акулы!»
Акулы страшно любят лакомиться фиджитами. Мы, можно сказать, их любимое кушанье, и поэтому фиджиты стараются держаться вдали от глубоких мутных мест. Ну и кроме того, от акул так просто не отделаешься. Они быстрые пловцы и ловкие охотники. И вот нам вновь пришлось спасаться от погони.
Пройдя несколько сотен миль, мы поняли, что разбойники догоняют нас. Поэтому мы свернули в гавань. Это было где-то неподалеку от западного побережья Соединенных Штатов. Мы надеялись, что акулы не рискнут плыть за нами. И вправду они даже не заметили, как мы свернули, и промчались стрелой в северном направлении. Больше мы их не видели. Надеюсь, они замерзли где-нибудь в арктических морях.
Но удача изменила нам в тот день. Мы с сестрой мирно плавали возле кораблей в поисках апельсиновых корок — это для нас настоящий деликатес и — хлоп! — оказались в сетях. Сеть была мелкая и прочная, и мы тщетно пытались выбраться на волю. Трепыхающихся и сопротивляющихся, нас вытащили из воды и швырнули прямо на палубу, на раскаленное солнце.
Потом над нами наклонились два странных старика в очках и с бакенбардами. Они издавали какие-то непонятные звуки. Несколько экземпляров молодой трески тоже попалось в сети, однако старики тут же выбросили их обратно в воду, а нас, посчитав невероятно ценными, посадили в банки и, сойдя на берег, отнесли в большой дом, где поместили в огромные стеклянные ящики с водой. Дом этот стоял на берегу залива, и в стеклянные ящики тонкой струей постоянно подавалась свежая морская вода; мы могли нормально дышать. Конечно, мы раньше никогда не жили за стеклянными стенами, поэтому поначалу нам все время хотелось проплыть сквозь них, и мы на полной Скорости ударялись о них носами, что было крайне болезненно.