– Ты просто напугал меня своим бредом.
– Это не бред! Последний раз мы схлестнулись с Дрейком в созвездии Ориона. Он едва
унес ноги, но при бегстве коварно тебя похитил.
– Меня?!
– Ну, не меня же. Только там ты была Илоной.
Мария-Илона положила ладонь на голову Глеба.
– Успокойся, я здесь. Никто меня не похищал.
– Неужели ты не помнишь, как звала меня на помощь?
– Утро вечера мудренее, – вздохнула Мария, – давай спать. Может, завтра я и вспомню.
– Лучше не надо, – махнул рукой Глеб, – это очень страшно.
Они легли, обнявшись, и сразу заснули после напряженного трудового дня. Ночью
Мария вскочила с диким воплем:
– Где он?!
– Кто? – всполошился Глеб.
– Дрейк! Ты сказал, что встретил его.
– Я его не встретил – я его узнал.
– Он здесь?
– Ты его вспомнила? 10
Мария разрыдалась и бросилась в объятия Глеба.
– Это ужасно.
– А меня ты вспомнила?
– Да, ты Бойк, мой защитник, мой возлюбленный.
– Уди-вительно! – восторженно пропел Глеб.
– Что?
– Что здесь и там мы встретились и все вспомнили, что здесь и там любим друг друга.
– Ну и что?
– А то, что любовь сильнее всех преград, сильнее пространства и времени, сильнее всех
физических законов вместе взятых.
– Ты мне зубы не заговаривай. Где Дрейк?
– Не волнуйся, он безобиден.
– Безобиден! – вскочила Мария. – Дрейк не может быть безобиден. Он чудовище!
– Здесь он совсем не чудовище.
– А кто?
Глеб встал с постели и накинул халат.
– Пошли.
– Куда?
– Во двор. Я тебе его покажу.
– Мне страшно, – пролепетала Мария, прижавшись к Глебу.
– Не бойся, я тебя в обиду не дам.
Они вышли во двор. Луна и звезды мягко освещали землю. Глеб подвел Марию к
тополю.
– Слышишь?
Мария тревожно напряглась, вслушиваясь в тишину ночи и шелест листьев.
Вдруг она тихо ойкнула и обомлела. Глеб подхватил ее под мышки и усадил на лавочку.
– Потерпи. Я сбегаю за водой.
– Нет! – подхватилась Мария. – Я с тобой! Я не останусь здесь одна.
– Хорошо, хорошо, только не волнуйся. 11
Он взял ее на руки и внес в дом. Придя в себя, женщина попросила запереть двери.
– Можно подумать, что это поможет, – усмехнулся Глеб, но выполнил просьбу и спросил:
– Ты его узнала?
– Это же Дрейк, – с расширенными от ужаса глазами прошептала Мария.
– Да, похоже где-то там произошел сбой, – почесал Глеб затылок. – Который раз
убеждаюсь, что до совершенства нам еще далеко.
– Мне нет до этого никакого дела, – пришла в себя Мария. – Меня волнует только одно : у
нас во дворе находится Дрейк, и это ужасно.
– Дорогая, он находится там уже не один десяток лет.
– Тем более.
– Представляешь, я посадил его во дворе вот этими руками.
– Ты его посадил – ты его и выкорчуешь, – решительно заявила Мария.
– Ты думаешь, это правильно?
– При чем здесь «правильно» или «неправильно»? Просто теперь я не смогу здесь жить!
Я не смогу выйти из дома!
– Но подумай: если за столько лет он не причинил нам никакого вреда, то, значит, он
безвреден. Он просто дерево. Наши дети под ним выросли. Они залезали на него
каждый день и ни разу не упали.
– И ты знал?
– Конечно, нет.
– Ты знал! Знал и молчал.
– Ты думаешь, я такой извращенец, что способен посадить заклятого врага возле дома?
– Когда ты узнал?
– Совсем недавно.
– Как?
– Как и ты: просто почувствовал и догадался. Такие же ощущения у меня были, когда я с
ним встречался, будучи Бойком. А потом я все вспомнил. Я даже вспомнил то, что ничего
такого не должен был вспомнить.
– И я вдруг все вспомнила.
– Я же говорю, что произошел сбой. Я только не помню, чтобы мне говорили, что я
должен поселить Дрейка у себя под боком. Или мне об этом и не говорили? А тебе? 12
– Нет, не помню, – задумчиво покачала головой Мария.
– Похоже, мы и не должны были это знать.
– Тогда зачем он здесь?
– Вот, над этим я и ломаю голову. Возможно, для того, чтобы доказать, что даже самые
непримиримые враги могут мирно жить бок о бок.
– Но мы ведь не знали, что это Бойк.
Глеб озадаченно уставился на Марию
– Да, а теперь знаем. Так что, возможно, никакого сбоя не было.
Мария грозно постучала пальцем по столу:
– Даже и не думай: ты должен его срубить.
– Нет.
– Опомнись, утром приедут дети.
– Нет.
– Ты не прикоснешься ко мне, пока срубишь это чудовище.
– Мария, пойми: он безобиден, пока дерево, пока здесь. Как только я его срублю, он
вернется обратно и бог весть что натворит. А справиться с ним могу только я. Поэтому