— Послушай, ты, наверное, кое-чего не знаешь. Пока тебя не было в гостях у моей головы кое-что случилось. Мы теперь не у меня дома, и даже не в нашем…
— Опять у шлюхи какой-нибудь прописался! Все вы кобели одинаковые! — перебила меня М.М.Д.
— Помолчи уже! Дай договорить! Мы не в привычной реальности, а в свое рода параллельном мире. Так что лучше не продолжай тут безумствовать, а попробуй помоги. Ты же, это… вроде существо из высших материй или сфер. В общем, не от мира сего. Так что давай, консультируй.
— А мне-то что? Я нормально себя чувствую. Гадко, правда, быть рядом со своим убийцей, но все-таки лучше, чем в забытье. Так что страдай еще больше, — вдруг истерично засмеялась моя невидимая собеседница.
— Все понятно, в общем, как обычно, твои разговоры ни о чем, — ответил я.
— Как это ни о чем. О тебе, о грехах твоих, может, сознаешься, одумаешься. Искупить захочешь, — с усмешкой ответила она.
— В чем сознаюсь? Ну, вот скажу я: да, убил тебя, насиловал и что? Умру сразу или вознесусь? Что ты вообще за бред несешь? — опять начинал заводиться я.
— Ты тут не груби, маньяк чертов. А то и случится, если искренне сознаешься, то кару понесешь или прощен будешь. Вот только сердце твое сказать должно, а не уста твои лживые.
— Мне кажется, наш разговор опять заходит в тупик. Ты добиваешься от меня признания непонятно в чем, а я лишь хочу узнать, кто ты такая и что делаешь в моей голове. Так что, я думаю, пришло время заканчивать наш разговор, — с этими словами я поднялся и старым добрым способом решил покончить с этим сном. А именно — выпрыгнуть в окно. Но, к моему удивлению, оно не открывалось. Я еще раз с силой подергал задвижку, но так ничего и не добился. Тогда я решил просто разбить стекло, но табуретка, брошенная мной в окно, благополучно отскочила прямо мне в лоб. Боли я не почувствовал, сон всё-таки, но намек прозрачный понял.
— Ой, что такое? Сбежать, что ли, не можешь? Может, пришло время в глаза мне посмотреть? Не боишься, а?
— Слишком много вопросов для голоса в голове. Так что давай покажись, может и понравишься мне, — с вызовом ответил я.
— Рано еще. Успеешь набоятся, — пошла на попятную М.М.Д.
— Ну, вот тогда молчи в тряпочку и не высовывайся, — проворчал я себе под нос.
— А ты не беги от проблем. Лучше бы поговорили по душам, может и раскаялся бы, — словно не услышав моих слов, продолжила она.
Меня уже откровенно начинали бесить её бесконечные словоблудствования. И самое отвратительное, что избавится от этого гаденького голоска было невозможно, пока я не проснусь. Так что следовало поскорее найти способ покончить с собой. И вроде бы кажется, что это легко, но сделать это быстро в обычной квартире без каких-либо подручных средств было трудновато. Хм, думаю, стоить попробовать старый дедовский способ типа фен в полную ванну. С этим решением я направился к двери, но тут меня ждал еще один неприятный сюрприз. Дверь так же не открывалась и даже на сантиметр не сдвинулась под моим напором. Вот теперь я действительно испугался. Одному в запертой комнате, во сне, из которого не можешь выйти, и с сумасшедшим голосом в голове… Такое и врагу не пожелаешь. Итак, передо мной стояла дилемма, попытаться все-таки умереть во сне, чтобы проснуться, либо в субъективном здешнем времени дожидаться утра. То есть, в моей голове может пройти и неделя, а в реальности час. Так что я решил попытать счастья и убить себя чем-то из подручных средств. Оглянувшись вокруг, я понял: единственное, что можно использовать в качестве оружия — кровать. В комнате просто, кроме неё и шкафа, не было ничего. Да и шкаф был без зеркала, что снижало его шансы стать моим орудием самоубийства. Кровать была еще советской закалки, то есть деревянная, на ножках, почти целиком из ДСП. Я решил использовать именно ножки, благо, занимаясь выламыванием их из центральной доски, я почти отвлекся от постоянно жужжащей над ухом М.М.Д. Наконец, передо мной лежал деревянный обрубок, похожий на пиратский костыль, только с торчащими в основании гвоздями. Теперь оставалось лишь закрепить этот импровизированный кол на полу и со спокойной душой броситься на него. Через несколько минут, когда иногда переходящий на визг голос в голове стал действительно сводить с ума, у меня, наконец, получилось засунуть ножку в щель между плитами ДСП кровати. Я сделал несколько шагов назад, пока не уперся спиной в стену. Быстрый разбег и резкий прыжок. Вам, наверное, покажется, что это полный идиотизм убивать себя самого во сне. Но, поверьте, осознанный сон — это немного другое, ты понимаешь, что спишь, да и чувства все притуплены. Учитывая то, что последние полгода я почти каждую неделю практиковался в самоубийствах во сне, сегодняшняя эскапада была для меня не нова, за исключением, конечно, способа покончить с жизнью. То есть, тьфу, выйти из сна. Обо всех этих вещах я успел подумать в секунду полета. Хруст, какой-то мерзкий чмокающий звук, и вот я судорожно вздыхая, открываю глаза в реальности. Сначала надо проверить, правда, не обманываю ли я сам себя. Так что, скосив глаза, я посмотрел на окно и, удостоверившись, что оно расплывается, понял, что сон закончился. Откинувшись на подушку, я еще минуту лежал, приходя в себя. Ну что за жизнь такая? Даже во сне спокойствия нет. Здесь параллельная реальность, там девочка-призрак, так что мне, наверное, должно быть очень весело. Но на самом деле хотелось лишь одного. Завернуться в какой-нибудь кокон и забыться на пару месяцев, чтобы вылезти из него уже в своем привычном мире, обновленным и без голосов в голове. Но пока об этом приходилось только мечтать. Так что я лишь вздохнул и, поднявшись с постели, поплелся в ванную. По дороге, увидев Стаса, готовящего завтрак, я вяло ему улыбнулся и, вдохнув аромат жарящейся яичницы, закрыл за собой дверь. Спустя 20 минут я уже почти проснувшийся и посвежевший уплетал за обе щеки пресловутый завтрак холостяка и слушал план на день, составленный для меня Стасом.