Подошвы её ботинок врезались кому-то в живот, и тот согнулся настолько, что когда она пнула снова, то ударила его прямо по лицу.
Происходило много всего. Звуки тяжелого дыхания, звон легких кошельков, шуршание одежды и шарканье ног были единственными причинами, по которым она чувствовала, где они находятся. Их запахи слились в одну массу жестоких, хватающих рук, и Рэйвин издала сдавленный крик.
Кто-то схватил её кошелёк и попытался развязать двойные узлы завязок. Она резко откинула голову назад по диагонали, и затылок врезался в чью-то скулу. Одновременно она с силой опустила каблук на чью-то ногу, и оба действия вырвали у них болезненный вопль.
Их хватка на её бицепсах ослабла ровно настолько, чтобы она смогла выбросить кулак вперёд и ударить того, кто схватил её кошелёк.
Никто не пришёл на помощь; никто не пришёл остановить их. Несмотря на её крики и их лающие команды друг другу, никому не было дела до спасения Рэйвин.
— Ты такой тупой, блядь, Джексон, — выплюнула Лори со стороны, давая понять, что именно её Рэйвин пнула ранее. — Просто срежь его!
— А… точно. — Тихий звон вынимаемого клинка раздался в ушах Рэйвин.
У неё было больше денег в комнате в гостинице. Рэйвин знала, что не останется без безопасного места для еды, сна или купания, но эти деньги были всем, что у неё было с собой в этом мире. Она сомневалась, что сможет достать ещё.
— Пожалуйста, — взмолилась она, лягаясь и сражаясь; её отчаянные попытки вырваться позволили ей вцепиться в волосы Джексона и дернуть за них. — Пожалуйста, прекратите. Пожалуйста, просто оставьте меня в покое. Это нечестно.
— Ого! Она чертовски сильная. Словно пытаешься отбиться от гигантской бьющейся рыбы.
Одну руку всё ещё удерживал кто-то неизвестный, пока Джексон пытался заставить её разжать мёртвую хватку на его волосах, скуля при этом. Лори втискивалась между Рэйвин и Джексоном, вероятно, пытаясь добраться до кошелька, пока та дико лягалась.
— Блядь, — пробормотал Грег себе под нос; его голос раздался в нескольких шагах и стал тише, словно он отступал. — Я не могу это делать. Вы, ребята, были правы; у меня кишка тонка для этого.
— Немного поздновато для такого решения, — произнёс знакомый глубокий, злобный голос. Запах цветов драфлиума омыл её чувства, принесённый ветром, дующим ей в спину. Дрожь пробежала по её позвоночнику. — Чувствую, это выводит поговорку «обобрать слепого» на новый уровень. Я не думал, что идиоты воспринимают это буквально. Оставьте женщину в покое.
— Ой, иди на хуй, — выплюнул безымянный мужчина позади неё, прежде чем, должно быть, развернулся, чтобы посмотреть на него. — Срань господня. Ты самый огромный ублюдок, которого я когда-либо видел.
— Ты, — процедил Джексон. — Чего тебе надо? Мы не будем делиться, если ты за этим.
— У меня есть свои деньги, — ответил он.
Последовал звук удара, а затем глухой стук, словно кого-то ударили так сильно, что он рухнул на землю. Через секунды мужчина, державший её другую руку, исчез.
— Я услышал шум; пришёл проверить.
— Эй, какого чёрта? — вскрикнула Лори, отстраняясь от Рэйвин.
Джексон отстранился, и Рэйвин позволила ему это сделать, чтобы подобраться ближе к незнакомцу, за которым следила весь день.
Ладно, возможно, он был не так плох, как она думала изначально.
— Это не то, что… — голос Джексона оборвался хрипом, словно его схватили за горло.
Следующим был крик Лори, за которым последовал стон Джексона рядом с ней, словно его бросили в женщину. Их слитные шлепки сотрясли землю, когда они упали в то, что, как она предположила, было кучей.
— Я сказал вам оставить её в покое, — спокойно, но твёрдо произнёс незнакомец. — А теперь пошли на хуй отсюда, все вы.
Раздалось эхо только двух пар шагов: одни сзади, другие спереди. Судя по отсутствию запаха горелой стряпни, Лори убежала, пока кто-то позади неё поднимался на ноги, чтобы последовать её примеру.
Запах кожи Грега исчез, в то время как запахи Джексона и безымянного нападавшего остались на месте.
До этого момента Рэйвин не осознавала, что её сердце бешено колотится от адреналина и страха. Она также не замечала, что слёзы мочили ткань на глазах. Её руки дрожали, и только сейчас, когда она была в безопасности и всё было в порядке, она поняла, насколько сильно была напугана.
В тот момент она так беспокоилась о том, чтобы дать отпор, что ничего другого не замечала. Теперь же всё, чего ей хотелось, — это опуститься на колени от облегчения.
Рэйвин тихонько шмыгнула носом.
— Перестань плакать. Они ушли, — он задумчиво хмыкнул, прежде чем добавить: — По крайней мере те, кто в сознании.