Рэйвин резко вдохнула и замерла. Они внутри… Кем бы они ни были, они звучали массивно и враждебно. Как они попали внутрь барьера?
— Ты видишь ее? — спросил один.
— Я не вижу ее, но она пошла сюда, — ответил другой.
У них были похожие голоса, теплый баритон, в котором сквозила совершенно нечеловеческая грубость.
У обоих был другой, странный тембр голоса, рычащий, но в то же время смешанный с человеческим. Она слышала, чтобы так говорил только Мерих.
— Она не остановилась, чтобы поиграть с нами.
— Может быть, она нас не заметила.
Затем они одновременно сказали:
— Странно.
Не зная, что делать, учитывая, что они ее не заметили или, возможно, им было все равно, Рэйвин подкралась на дюйм ближе к пещере.
Один из них говорил, но замолчал, как только она пошевелилась, и она сжалась. Они ее увидели? Возможно, ей не следовало ничего делать и притвориться деревом.
Две пары желтых искр вспыхнули в ее зрении, оставив светящийся след, словно они наклонили головы в противоположных направлениях. К несчастью, они явно смотрели на нее.
Это, однако, прояснило, кем они были.
Только глазницы Мериха создавали такую магию. Это были Сумеречные Странники, двое, насколько она могла судить.
— Что это? — сказал один из них, медленно двигаясь в ее направлении.
Другой последовал за ним, практически в такт шагам первого. Словно они были единым движущимся механизмом.
— Здесь человек.
— Что здесь делает человек? — Он принюхался с глубокими, фыркающими вдохами. — Но пахнет не как человек.
Рэйвин медленно отступала назад, но была вынуждена остановиться, когда две пары огненных искр вспыхнули красным, прежде чем угаснуть. Она не могла бежать, даже медленно, иначе она разожжет их голод, как предупреждал ее Мерих.
Она осталась на месте, надеясь, что если не будет их злить и не будет пахнуть страхом или кровью, то они могут оказаться «дружелюбными», как Мерих.
— З-здравствуйте, — сказала она, одарив их слабой улыбкой.
В ее зрении вспыхнул желтый свет.
— Оно заговорило! — воскликнул один. — Оно заговорило с нами!
— Это она, — хихикнул другой.
Чем ближе они подходили, перебираясь через ручей на ее сторону озера, тем труднее было сохранять самообладание. Она сделала глубокий, успокаивающий вдох и удержала улыбку на лице. «Притворяйся, пока не получится» — вот каким будет ее девиз прямо сейчас.
Одно она заметила по мере их приближения — их голоса на самом деле не звучали одинаково. У одного голос был хриплым и грубым, а у другого — чуть выше, хотя всё ещё глубоким.
Их цветовые вспышки изменились: один стал фиолетовым, а другой… розовым? Она никогда не видела, чтобы искры Мериха становились такого цвета, но фиолетовый заставил её насторожиться. Хотелось верить, что это просто естественный цвет его глазниц, так как у неё была теория, что фиолетовый означает желание.
По крайней мере, если смена цвета их глазниц означала одни и те же эмоции для всех них.
— Да, но люди никогда не говорят с нами, — сказал тот, что слева; его глазницы вспыхнули фиолетовым, а голос был более грубым.
— Только кричат и плачут, — сказал тот, что справа, с розовыми глазницами и более высоким голосом.
Их шаги были тихими, но ни в какое сравнение не шли с шагами Мериха. Они подошли слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно, но она осталась на месте.
— Она на землях Мериха, — сказал Розовый.
Фиолетовый принюхался.
— Он был здесь недавно.
— Зачем он держит еду живой?
— Может, она не еда?
Они оба разразились смехом.
— Нет!
— Никогда!
— Люди не могут дружить с Мавкой.
— К-конечно можем, — вмешалась Рэйвин. — Я друг Мериха.
Они замерли, и тишина только заставила её нервничать ещё больше. Пока они оба снова не разразились смехом, на этот раз ещё громче, чем прежде.
— Невозможно, — заявил Фиолетовый строгим голосом, словно он покачал головой. От него исходил звук гремящих костей.
— У Мериха нет друзей.
— Ему никто не нравится, даже его собственный вид.
— Он очень разозлится, если вернётся и обнаружит, что меня здесь нет, — сказала она им, повернув голову в сторону, когда Розовый подкрался к ней сзади.
— Он всегда злится. В этом нет ничего нового, — констатировал Фиолетовый.
— Ты уверен, что она человек? — Рэйвин вздрогнула, когда её схватили за волосы и дернули вверх, словно Розовый хотел рассмотреть получше. — У неё белые волосы.