Единственное, что происходило — она видела фиолетовые искры, постоянно мерцающие в ее поле зрения, словно он то включал, то выключал свое зрение. У него что, нервный срыв?
— М-Мерих? — прошептала она, гадая, почему он превратился в камень.
— Ннхн, — наконец простонал он, и все его тело содрогнулось.
Это сотрясло ее ноги и отозвалось прямо внутри нее, заставив ее затрепетать и сжаться вокруг мягкого и гибкого органа. Он впился в нее когтями, чтобы затащить еще глубже в свою клыкастую пасть.
Он оттянул язык мучительно медленно. Он извивался и кружился, задевая все внутри нее одновременно, как циклон. Ее глаза расширялись при каждом движении, прежде чем он метнулся вперед таким же образом, но гораздо быстрее. Затем он снова медленно отстранился, и она подалась бедрами навстречу, чтобы заставить его двигаться быстрее, но он лишь стремительно проник в нее и уперся в самое дно.
С каждым разом ее дыхание становилось все более прерывистым и высоким.
Это было странное ощущение — чувствовать, как что-то движется внутри нее таким образом. Это было нечто чужеродное, нечеловеческое, и Рэйвин поймала себя на том, что буквально тает от этого.
Она крепче сжала его рога, благодарная за то, что ей есть за что держаться, чтобы двигаться в такт, встречая его. Упершись ногами ему в плечи, она попыталась раздвинуть бедра еще шире.
Ее зад почти свисал с края, и единственное, что удерживало ее от падения, — это хватка его грубых рук.
Она с трудом верила, что он делает это с ней. Однажды он сказал ей, что ни перед кем не встанет на колени, и все же вот он, на коленях перед ней, только чтобы пробовать ее на вкус и дразнить вот так.
— Быстрее, — взмолилась она.
Он смаковал ее, но она была уже так близка, что ей нужно было больше.
Ее голова откинулась назад, тихие крики срывались с приоткрытых губ, когда он дал ей именно то, чего она хотела. Циклон его кружащегося языка набрал скорость. Хлюпанье и чавканье были настолько ужасно вульгарными, что стали эротичными — звук, который издавал только он и его порочный язык.
Ее ноги сжались вокруг его черепа, словно она хотела раздавить его, когда жидкий экстаз вырвался из нее. Она кончила мощно, выгнув спину и повиснув на его рогах, и ей стало так жарко, что она испугалась, как бы не потерять сознание. Мерих издал благодарный рык, который пощекотал ее изнутри, и мотнул головой, словно желая подстегнуть ее дать ему больше.
— Вот так, Рэйвин, — прохрипел он ей в лоно, заставляя ее пальцы на ногах поджиматься до судорог в икрах. — Утопи меня в своем вкусе. Дай мне его.
Он не перестал двигаться, даже когда она остановилась.
Она попыталась оттолкнуть его голову, ее тело содрогалось от остаточных спазмов, но облегчения не было. Он оттянул язык так, что она почувствовала, как вся его длина скользит по одной стороне ее складок, щекоча и проходясь по набухшему клитору, прежде чем перейти на другую сторону.
Он делал это снова и снова, словно искал еще.
— Как может что-то быть таким вкусным? Это как жидкий рай.
— Мерих, пожалуйста, — взмолилась она, ее ноги дергались каждый раз, когда он гладил и тер ее клитор. — Я сейчас слишком чувствительна.
Он не перестал вылизывать, но, по крайней мере, отодвинулся, чтобы собрать все, что мог, из складок ее бедер, прежде чем спуститься ниже по ногам. Он выслеживал путь, по которому стек оргазм, который она подарила себе ранее.
Он полностью вылизывал ее, нажимая сильно, чтобы убедиться, что забрал каждую каплю, так что она постоянно чувствовала прикосновения его клыков и морды. Она была удивлена тем, как сильно ей нравилось ощущение царапающей ее кости.
Затем, закончив, он подобрался к ее киске сбоку и провел по ней в последний раз. Его шершавый язык оцарапал ее своими вкусовыми сосочками, но оставил после себя лишь удовольствие.
Мерих встал и осторожно позволил ее ногам коснуться земли, прежде чем упереться руками в каменный стол по обе стороны от нее. Его дыхание обдавало ее волной апельсина, корицы и ее собственной сущности, каждый вдох был тяжелым и дрожал от потребности.
Его требование было тихим, мягким, похожим на хриплую мольбу.
— Встань на колени.
Желудок Рэйвин перевернулся. Если бы она сейчас потянулась вперед, уткнулся бы его член между ними, встретив ее ладони? Рэйвин нервно прикусила губу, зная, что его член был внушительным, и она не была уверена, сможет ли справиться с его размером.
Когда она слишком долго медлила, когти скребнули по камню позади нее, и из его груди вырвался тихий скулеж.
— Пожалуйста, не оставляй меня так.