В настоящее время она была его единственным вариантом. Что, если он придет в город Лезекос и найдет себе другого партнера, которого предпочтет? Рэйвин была хорошенькой, но были мужчины и женщины, которые были еще более сногсшибательными, у которых были лучше социальные навыки, чем у нее, которые не были одержимы работой.
Он может возненавидеть ее, когда обнаружит, что она предпочтет быть в своей лаборатории с экспериментом в руках. Она также была советником синедриона. Будут времена, когда она будет занята долгими встречами и задачами, которые потребуют от нее бросить все.
Любовь никогда не была в поле ее зрения — это было слишком хлопотно. Она была женщиной, нацеленной на карьеру, которой было все равно, одна она или нет.
Что, если его расстроит, что она не сможет уделять ему столько же внимания, сколько сейчас? Что, если она… не будет достаточно хороша?
У Рэйвин были свои недостатки, но они лучше проявятся, когда она вернется в Нил'терию. Только тогда она сможет доверять всему, что скажет Мерих — если он почувствует к ней что-то теплое и нежное, что не будет основано исключительно на желании обмочить свой член.
Боже, думать о нем так разрывало ее изнутри, но она встречала множество таких мужчин. То, что он был Сумеречным Странником, не означало, что он не может быть таким же. Его человечность происходила от людей, а они были жестокими и эгоистичными по-своему.
Что, если он случайно разделял эти идеалы?
Она хотела спросить его, но также хотела подождать и посмотреть.
Рэйвин вздрогнула, когда когти скользнули по ее коже головы, пока он гладил ее волосы.
— В чем дело? — спросил он хриплым, сонным голосом. Это было так приятно, что ее грудь попыталась провалиться внутрь самой себя.
— А? Ни в чем. Прости, я тебя разбудила?
Она попыталась успокоить сердцебиение, дыхание, мысли, кружащиеся в ее черепе.
— Трудно этого не сделать, когда твое сердце бьется так громко, — он крепче обнял ее, прижимая к себе. — И ты слегка пахнешь страхом. Тебе повезло, что другие запахи на тебе так отвлекают, — затем он потерся нижней частью своей костлявой челюсти о ее макушку, его пасть раскрылась в зевке. — Не волнуйся, мое маленькое звездное сияние. Обещаю, я не причиню тебе вреда.
Он размяк вокруг нее и тут же снова захрапел.
Неужели он подумал, что она боится, что его барьер ее не защитит? Рэйвин хотелось, чтобы его слова не заставляли ее отбросить все свои опасения и просто позволить чувствам взять контроль.
Она отказывалась это делать, и на этот раз именно она возводила стену между ними.
Рэйвин не знала, как долго они так пролежали. Прошедшие часы лишь еще больше скрутили ее желудок, но ни единая частичка ее не хотела отстраняться от него. Если бы она могла, она бы с радостью осталась там с ним навсегда. Если бы только мир мог раствориться и исчезнуть, чтобы она могла оставить его только для себя.
К сожалению, реальность работала иначе, и в конце концов Мерих зашевелился. Она почти не сомкнула глаз — слишком много вопросов терзало ее.
Рэйвин так много раз ранила собственные чувства, что могла чувствовать, как это гниет внутри. Это разъедало ее сердцевину, ее сущность, саму ее душу ядом.
— Доброе утро, — проворчал он, прежде чем его голова слегка сдвинулась. — Ну, точнее день.
Он начал играть с ее кудрями, поднимая их и кладя себе на лицо, словно хотел укрыться ими как одеялом.
— Такие мягкие, — он положил еще немного на макушку своего черепа. — Не думаю, что у меня когда-либо было такое сладкое пробуждение. Мне даже не хочется вставать.
Это было слишком мило, слишком много. Она всегда хотела увидеть эту его сторону, но сейчас не могла с этим справиться.
Рэйвин вцепилась руками в его грудь, прижавшись к нему лбом, ее уши поникли.
— Когда мы уходим, Мерих?
Он провел кончиками пальцев вверх и вниз по ее шее сбоку.
— Скоро.
Это был недостаточно хороший ответ.
Высвободившись из его объятий, она села на бедро.
— Как скоро?
Оранжевый вспыхнул в ее зрении, и она нахмурилась, так как никогда не видела, чтобы от него исходил этот цвет. С другой стороны, он часто пытался скрыть от нее смену своих цветов.
Когда он ничего не ответил, она почти физически ощутила его взгляд, проникающий в самую суть ее существа, и нахмурилась еще сильнее.
— Я сделала солнечный камень. Теперь мы должны иметь возможность безопасно путешествовать через Покров. Так почему мы до сих пор не ушли?