— Не можешь же ты злиться на меня за то, о чем сама меня просила.
— Что тебе нужно, Сикран? — спросила она, скрестив ноги, чтобы можно было свободно есть.
Она придерживала горячее дно одной рукой, а другой зачерпывала суп ложкой.
— Я хочу поговорить о том, что произошло. Ты… ты никогда раньше так со мной не вела, — его заостренные уши дернулись, словно хотели опуститься. — Я не хотел оставлять этого… монстра, но что еще я мог сделать?
— Он не монстр! — почти завизжала она.
Ладно, он вроде как им был, но он был ее монстром, и только она могла его так в шутку называть. В ее устах это было ласковое прозвище, тогда как для Сикрана это явно было оскорблением.
— Что значит — он не монстр? — он положил руки на стол и обнажил свои акульи клыки. — Ты не видела, как он на всех нападал! Он чуть не убил одного из делизийских солдат, прежде чем всем удалось его остановить.
— Потому что вы пытались меня забрать! — крикнула она в ответ. — Он был единственной причиной, по которой я смогла выжить на Земле, и он помогал мне вернуться домой с обещанием, что сможет обосноваться здесь. Он так много для меня сделал, а из-за того, что ты меня не послушал, твое бездействие привело к тому, что его оставили.
— Его рука была у тебя в груди! Я думал, мое сердце сейчас взорвется, — сказал он, хлопнув ладонью по бронзовой столешнице. — Не знаю, что он у тебя забрал, но тебе повезло, что мы остановили его, пока не стало слишком поздно. Я думал, он убьет тебя прямо в тот момент, когда мы тебя спасаем!
Рэйвин опустила голову в задумчивости. Я тоже не знаю, что он забрал. Она никогда не видела ничего подобного.
Это было синее пламя.
Она не почувствовала никаких изменений, когда его извлекли, но в итоге оно вернулось к ней прямо перед тем, как ее протолкнули через портал. Чем бы это ни было, он пытался это съесть.
— Он просто испугался, — тихо возразила она. — Какие-то незнакомцы с оружием пришли к нему домой. Он не понимал ни слова из того, что они говорили, и видел только людей, которые пытаются меня «украсть». Я дала ему обещание, и теперь я его нарушила, потому что ты не послушал меня — члена совета, своего друга.
Сикран снова потер рог от досады, прежде чем налить в чашку кипяток. Он подошел и, присев на корточки, поставил ее на пол перед ней. Затем он положил руку ей на макушку, все так же сидя перед ней.
— Моя работа — помогать тебе. Это означает и защищать тебя, но именно наша дружба заставит меня отдать за тебя жизнь. Мне было даже плевать, выживу ли я, лишь бы помочь вернуть тебя.
— Я никогда не просила твоей защиты, — ей она никогда раньше особо и не была нужна.
— Нет, но она тебе нужна. Иначе ты снова станешь фиолетовой.
Рэйвин закатила глаза.
— Это было всего один раз.
Он криво усмехнулся, когда она взяла чашку чая, радуясь, что она приняла его подношение. Но улыбка спала, а красные глаза сузились от боли.
— Тот факт, что я не смог помешать тебе исчезнуть, означает, что я подвел тебя с самого начала. Я был там. Я почти поймал тебя. А потом портал закрылся, прежде чем я успел в него прыгнуть, — он покачал головой, и кончики его длинных, стянутых сзади волос затрепетали. — Я бы не вынес этого во второй раз. У нас было мало времени, чтобы спасти тебя, Рэй. Мои люди были в ужасе от того, что увидели.
— Наши люди, — поправила Рэйвин, прищурившись.
На этот раз глаза закатил он.
— Они носят броню, но ни одному из нас по-настоящему не приходилось ни с чем сражаться с тех пор, как мы пришли сюда. Ты не хуже нас знаешь, что и делизийские, и элизийские солдаты существуют только для вида, чтобы дать всем в городе ложное чувство безопасности. Эти восемь делизийских и три элизийских солдата были единственными, кому хватило смелости отправиться в другой мир, не будучи готовыми к тому, с чем мы столкнемся. Они ожидали Демонов, таких же неразумных, какими мы были когда-то, и от которых мы сбежали в Лезекос. Неужели ты не понимаешь, как сильно мы все заботимся о тебе, судя по нашим вчерашним действиям?
— Понимаю, — уверенно ответила она. — Я не виню их за то, что они сделали, но ты — мой друг. Когда я попросила тебя позволить мне поговорить с ним, ты отказался слушать. Я злюсь на тебя, а не на них.
— Прости, — сказал он, садясь с ней на пол. — Я думал, ты сошла с ума на Земле. Ты хотела договориться с безмозглым зверем, который разбрасывал наших солдат. Разлом закрывался, и Ториллу едва удавалось удерживать его открытым.
Рэйвин провела большим пальцем по краю чашки. Ей не нужно было, чтобы он все ей объяснял; она была там, она все видела.
— Я создала солнечный камень, — прошептала она.