Она быстро села и похлопала по полу, ее вид был измученным и паническим. Волна страха ударила от ее запаха, и это нисколько не разожгло его голод. Это лишь наполнило его сочувствием — ее внезапно телепортировали в новую обстановку без предупреждения, неудивительно, что она была расстроена.
— Vvereh eam ey? Haou diid ey geht ereh?
Мерих поморщился. Он не понимал языка, но догадаться, о чем она спросила, было нетрудно.
— Ты со мной, маленькое звездное сияние.
— Мерих? — спросонья спросила она, потирая один глаз, словно в него попал песок. — Мы в камерах? К-как я сюда попала?
— Я говорил тебе, что ты вернешься ко мне, если пройдет слишком много времени, — она поползла к нему, и его мышцы напряглись. — Подожди! Стой. Ты в соседней камере.
Она остановилась прямо перед тем, как ее лоб мог удариться о прутья, и подняла руки, чтобы ощупать их. Тишина в комнате подчеркнула, насколько это открытие расстроило ее; ее пульс участился.
— Мерих, — ее глаза сощурились, а нижняя губа задрожала. — Мне это не нравится. Как мне отсюда выбраться?
— Ты теперь Фантом, — учитывая ее призрачный вид до того, как она сформировалась, не имело значения, с кем он связался — с человеком или эльфом. Он изменил ее. — Ты можешь становиться бесплотной и проплывать сквозь решетку.
— Я могу? Как?
Он хрюкнул.
— Я на самом деле не уверен. Для меня это так же в новинку, как и для тебя.
Несмотря на то, что его мать тоже была Фантомом, он мало что о них знал. Возможно, он мог бы спросить ее об этом, но он никогда не ожидал, что у него будет собственная невеста.
Она скривила губы в сторону и нахмурила брови в том, что он считал милым выражением решимости или концентрации.
— Может, я просто могу этого пожелать?
И вот так просто кончики ее пальцев стали призрачными, и она нырнула вперед сквозь прутья. Ее крик был тихим и далеким, словно доносился издалека.
— Нет! Нет! — ее руки завертелись колесом, когда она поплыла вверх к потолку в его камере. — Мне это не нравится! Я ничего не вижу и не чувствую!
Она внезапно стала физической, и Мерих оттолкнулся от стен локтями, чтобы поймать ее бедрами. Она с глухим стуком упала на их толстую подушку.
Полузадушенный всхлип сорвался с ее дрожащих губ.
— Никогда больше. Я больше никогда не хочу этого делать. Я чувствовала себя парящим сознанием.
Он никогда не задумывался о том, как ориентируется слепой Фантом, но теперь понимал, что ей будет нелегко. Она не сможет ни видеть, ни чувствовать, ни обонять, ни ощущать вкус — только слышать.
И все же его самка была стойкой, решительной и чудесной; он верил, что она найдет способ.
Когда она оттолкнулась от него и опустилась на колени между его бедер, Мерих отодвинулся назад. Он снова уселся прямо, прислонившись к стене, и скрестил ноги.
Он молча смотрел на нее, впитывая ее завораживающий вид, ее запах.
Полоску одежды, что была на ней, едва ли можно было назвать платьем из-за того, какой короткой она была, напоминая ему о том испорченном красном, которое он с нее сорвал. На месте среза было темно-зеленое кружево, а остальная часть выглядела так, словно была сшита из бледно-зеленого шелка. Оно облегало ее легкие изгибы, прежде чем расшириться на бедрах. Линия декольте была глубокой, но не настолько, чтобы грудь вываливалась из него.
Было очевидно, что под ним на ней ничего нет.
Ее грудь раскраснелась под его молчанием, вероятно, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Ее уши отскочили назад, и она опустила голову, покусывая губы. Перед ним она выглядела ужасно нервной и застенчивой.
— М-мне лучше вернуться домой, — тихо пробормотала она. — Уже поздно. У меня могут быть неприятности из-за того, что я здесь.
Паника вцепилась ему в грудь, и из него вырвался скулеж.
— Пожалуйста, останься.
Словно это было все, что ей нужно было для убеждения, она кивнула и придвинулась ближе. Когда она потянулась к нему, он вложил свой череп в ее гостеприимные ладони, и все его тревоги снова рассеялись.
— Ты в порядке? — она погладила его снизу, а затем провела рукой по макушке. Его зрение потемнело от блаженства при ее прикосновении, и он свободно подался навстречу. — Я за тебя волновалась.
— Я в порядке, — солгал он. — Мне не привыкать быть в темноте.
Она подобралась еще ближе, чтобы приподняться и потереться щекой о его передние клыки.
— Прости, что не навещала тебя. Ты, наверное, чувствуешь себя брошенным, но я была на заседании совета с того самого момента, как сегодня проснулась. Они расспрашивали о моем пребывании на Земле, и у них было так много раздражающих вопросов.