— Это не имеет значения. Они сейчас здесь.
Хотя было очевидно, что сердце Мериха не было чистым, его причина находиться здесь была чиста: она.
Когда и Мерикато, и Юлэр согласились, что он не будет представлять угрозы для города, особенно узнав, что их связь полностью стерла его голод, атмосфера на собрании изменилась.
Оно переросло в обсуждение того, где он будет жить — а именно с ней. Что он хотел бы делать в городе — быть с ней. Как он предпочел бы одеваться, чтобы они могли сшить ему одежду — на что он сказал им спросить ее, что бы она хотела, чтобы он носил — при условии, что они сделают ему наручи, которые защитят всех от его игл.
Ближе к концу это стало немного комичным, когда на каждый вопрос он отвечал «что угодно, лишь бы Рэйвин была счастлива».
Когда она предложила ему самому делать выбор, он просто заявил:
— Откуда мне знать, что бы мне здесь понравилось? Я все еще пытаюсь привыкнуть к тому, какой, блядь, разреженный воздух на такой высоте. Почему я должен отвечать на все их вопросы прямо сейчас?
Рэйвин едва не рассмеялась, но лишь кашлянула в кулак, чтобы скрыть это. Она была уверена, что со временем он поймет, чего на самом деле желает в этом городе.
Как раз когда они завершали собрание, Мерих толкнул ее.
— Я хочу их кое о чем спросить.
Кивнув, она попросила их не расходиться со своих мест.
— Когда я впервые узнал правду о своей связи с Велдиром, о том, что я был слугой и перевозчиком душ для него, я почувствовал себя преданным родителями, которые меня создали. Я уже потерял брата и был компаньоном Джабеза много лет, прежде чем ко мне обратилась Ведьма-Сова, и я узнал об этом. В то время я не знал, что рассказ об этом Джабезу станет причиной того, что он ополчится на меня, или что позже Сумеречные Странники станут мишенью. Я думал, что он мой друг, и я выплескивал свое разочарование, потому что был зол и не знал, как с этим справиться. Не помогало и то, что мне не хватало человечности, чтобы понять, что на самом деле происходит в мире.
— Ты спрашиваешь, позволим ли мы им прийти сюда? — удивленно спросила Сильверия.
— Да, — ответил Мерих.
— Нет, — ответил Клет за Мерикато. — По крайней мере не тем, кто не связал себя с человеком и не избавился от голода. В твоих воспоминаниях я видел, как вы формировались. Они не смогут сдерживаться при запахах крови и страха в городе.
— Поначалу вы ведете себя как животные, — вмешался Юлэр. — Как уже упоминалось, мы не допускаем диких зверей в наш город.
— Ты также должен принять во внимание, что если мы приведем твой народ сюда, это ослабит Велдира и создаст угрозу и для наших людей, — добавила Тейен. — Мы хотели бы помочь, правда хотели бы, так же как мы всегда хотели помочь людям, но не можем.
— Мы также не можем создать портал, чтобы забрать их, — сказала ему Рэйвин, сочувственно опустив глаза.
То, о чем он просил, было справедливо и благородно, но она не могла не согласиться с другими членами совета — по крайней мере, в отношении тех, у кого не было невесты.
— Решением было бы найти способ помочь Демонам или создать защитные амулеты, которые позволили бы нам вернуть наш мир и Землю без страха, — предложил Зерик. — Это то, что мы пытаемся сделать с момента их злополучного прибытия.
Мерих хрюкнул, но вспыхнули синие искры. Его молчание было гнетущим и болезненным, подчеркивая, насколько он был расстроен.
— Мне очень жаль, Мерих, — сказала Рэйвин. — Я хочу им помочь, особенно учитывая, какими милыми были Инграм и Алерон, но прямо сейчас мы мало что можем сделать для них или для людей.
Его фырканье было единственным ответом, который она получила на эту тему. Это было все, что он мог дать, не раскрывая глубины своего гнева и разочарования.
Мерих наконец встал.
— Вы можете заставить их снять эти путы сейчас?
Рэйвин грустно улыбнулась, жалея, что эта встреча закончилась на такой ужасной ноте.
— Конечно. Мне не терпится показать тебе твой новый дом.
В частности, ее лабораторию, где они собирались проводить большую часть времени. Она надеялась, что он готов стать ее помощником, потому что это была почти круглосуточная работа, учитывая, как сильно она зарывалась в бумажную работу и эксперименты.
Теперь, с решимостью спасти его братьев, пока не стало слишком поздно, она знала, что будет еще более целеустремленной.
— Мой дом стоит передо мной, — тепло ответил Мерих, когда вспыхнули ярко-розовые искры.
Потянувшись вверх, она ждала, когда он вложит свой тяжелый череп в ее ладони, чтобы она могла потереться носом о конец его медвежьей морды.